Неточные совпадения
Человек медленно снял меховую куртку, поднял одну ногу, смахнул шапкой снег с сапога, потом то же сделал с другой ногой, бросил шапку в угол и, качаясь на длинных ногах, пошел в комнату. Подошел к стулу, осмотрел его, как бы убеждаясь в прочности, наконец сел и, прикрыв рот рукой, зевнул. Голова у него была правильно круглая и гладко острижена, бритые щеки и длинные усы концами вниз. Внимательно осмотрев комнату большими выпуклыми
глазами серого цвета, он положил ногу на ногу и, качаясь на стуле, спросил...
Наконец толпа людей в
серых шинелях вывалилась в сени и, прозвенев шпорами, исчезла. Последним вышел Рыбин, он окинул Павла внимательным взглядом темных
глаз, задумчиво сказал...
Было холодно, в стекла стучал дождь, казалось, что в ночи, вокруг дома ходят, подстерегая,
серые фигуры с широкими красными лицами без
глаз, с длинными руками. Ходят и чуть слышно звякают шпорами.
Порою входили арестанты,
серые, однообразные, в тяжелых кожаных башмаках. Входя в полутемную комнату, они мигали
глазами. У одного на ногах звенели кандалы.
Он помолчал, прищурив
глаза. Вынул из кармана коробку папирос, не торопясь закурил и, глядя на
серый клуб дыма, таявший перед его лицом, усмехнулся усмешкой угрюмой собаки.
Приближалась весна, таял снег, обнажая грязь и копоть, скрытую в его глубине. С каждым днем грязь настойчивее лезла в
глаза, вся слободка казалась одетой в лохмотья, неумытой. Днем капало с крыш, устало и потно дымились
серые стены домов, а к ночи везде смутно белели ледяные сосульки. Все чаще на небе являлось солнце. И нерешительно, тихо начинали журчать ручьи, сбегая к болоту.
Когда она вышла на улицу и услыхала в воздухе гул людских голосов, тревожный, ожидающий, когда увидала везде в окнах домов и у ворот группы людей, провожавшие ее сына и Андрея любопытными взглядами, — в
глазах у нее встало туманное пятно и заколыхалось, меняя цвета, то прозрачно-зеленое, то мутно-серое.
Стало тихо, чутко. Знамя поднялось, качнулось и, задумчиво рея над головами людей, плавно двинулось к
серой стене солдат. Мать вздрогнула, закрыла
глаза и ахнула — Павел, Андрей, Самойлов и Мазин только четверо оторвались от толпы.
Все ближе сдвигались люди красного знамени и плотная цепь
серых людей, ясно было видно лицо солдат — широкое во всю улицу, уродливо сплюснутое в грязно-желтую узкую полосу, — в нее были неровно вкраплены разноцветные
глаза, а перед нею жестко сверкали тонкие острия штыков. Направляясь в груди людей, они, еще не коснувшись их, откалывали одного за другим от толпы, разрушая ее.
Остаток дня прошел в пестром тумане воспоминаний, в тяжелой усталости, туго обнявшей тело и душу.
Серым пятном прыгал маленький офицерик, светилось бронзовое лицо Павла, улыбались
глаза Андрея.
Впереди плыла в воздухе ограбленная крышка гроба со смятыми венками, и, качаясь с боку на бок, ехали верхом полицейские. Мать шла по тротуару, ей не было видно гроба в густой, тесно окружившей его толпе, которая незаметно выросла и заполнила собой всю широту улицы. Сзади толпы тоже возвышались
серые фигуры верховых, по бокам, держа руки на шашках, шагала пешая полиция, и всюду мелькали знакомые матери острые
глаза шпионов, внимательно щупавшие лица людей.
Татьяна молчала. В темноте мать видела слабый контур ее прямой фигуры,
серой на ночном фоне печи. Она стояла неподвижно. Мать в тоске закрыла
глаза.
Он был по пояс забрызган грязью, лицо у него
посерело,
глаза ввалились, и только кудрявые волосы буйно торчали во все стороны, выбиваясь из-под шапки.
Она смотрела на судей — им, несомненно, было скучно слушать эту речь. Неживые, желтые и
серые лица ничего не выражали. Слова прокурора разливали в воздухе незаметный
глазу туман, он все рос и сгущался вокруг судей, плотнее окутывая их облаком равнодушия и утомленного ожидания. Старший судья не двигался, засох в своей прямой позе,
серые пятнышки за стеклами его очков порою исчезали, расплываясь по лицу.
Поведение Андрея явно изменило судей, его слова как бы стерли с них что-то, на
серых лицах явились пятна, в
глазах горели холодные, зеленые искры. Речь Павла раздражила их, но сдерживала раздражение своей силой, невольно внушавшей уважение, хохол сорвал эту сдержанность и легко обнажил то, что было под нею. Они перешептывались со странными ужимками и стали двигаться слишком быстро для себя.
Неточные совпадения
Когда половой все еще разбирал по складам записку, сам Павел Иванович Чичиков отправился посмотреть город, которым был, как казалось, удовлетворен, ибо нашел, что город никак не уступал другим губернским городам: сильно била в
глаза желтая краска на каменных домах и скромно темнела
серая на деревянных.
Остановясь против смутившейся княжны и заложив руки за спину, он уставил на нее мутно-серые
глаза и произнес хриплым дишкантом:
Серые и радужные кредитки, не убранные со стола, опять замелькали в ее
глазах, но она быстро отвела от них лицо и подняла его на Петра Петровича: ей вдруг показалось ужасно неприличным, особенно ей, глядеть на чужие деньги.
Это был человек лет тридцати двух-трех от роду, среднего роста, приятной наружности, с темно-серыми
глазами, но с отсутствием всякой определенной идеи, всякой сосредоточенности в чертах лица. Мысль гуляла вольной птицей по лицу, порхала в
глазах, садилась на полуотворенные губы, пряталась в складках лба, потом совсем пропадала, и тогда во всем лице теплился ровный свет беспечности. С лица беспечность переходила в позы всего тела, даже в складки шлафрока.
Серые глава адвоката старались не смеяться, но они прыгали от неудержимой радости, и Алексей Александрович видел, что тут была не одна радость человека, получающего выгодный заказ, — тут было торжество и восторг, был блеск, похожий на тот зловещий блеск, который он видал в
глазах жены.