Зашелестели страницы книги — должно быть, Павел снова начал читать. Мать лежала, закрыв глаза, и боялась пошевелиться. Ей было до слез жаль хохла, но еще более — сына. Она думала о нем...
Девушка быстро расстегнула пальто, встряхнулась, и с нее, точно листья с дерева, посыпались на пол, шелестя, пачки бумаги. Мать, смеясь, подбирала их с пола и говорила...
«Идут в мире дети», — думала она, прислушиваясь к незнакомым звукам ночной жизни города. Они ползли в открытое окно, шелестя листвой в палисаднике, прилетали издалека усталые, бледные и тихо умирали в комнате.
Снова вспыхнул огонь, но уже сильнее, ярче, вновь метнулись тени к лесу, снова отхлынули к огню и задрожали вокруг костра, в безмолвной, враждебной пляске. В огне трещали и ныли сырые сучья. Шепталась, шелестела листва деревьев, встревоженная волной нагретого воздуха. Веселые, живые языки пламени играли, обнимаясь, желтые и красные, вздымались кверху, сея искры, летел горящий лист, а звезды в небе улыбались искрам, маня к себе.
Ветер слабо дул с запада, шелестя травой; с ветром несся издалека тонкий, нежный запах свежего сена, но запах шел не от рядов и копен, а от травы, на корню сохшей под жгучим солнцем.
Он доверчиво поднимал пушистые усы и шелестел в ушах, а внизу, под ногами расстилался ровный и мелодичный шум колес, похожий на музыку, на песню, на чей-то разговор о далеком, грустном и милом.
Сидел я с автоматом у догоравшего костра, на угольки посматривал, к шорохам лесным прислушивался. Ветер шелестит сухой листвой да в голых ветвях посвистывает.
Луч фонарика мелькал на достаточном расстоянии, чтобы мы, пригнувшись, как три огородных вора, но только один из нас им и был, тихо шелестели травой чуть в сторону от ищущей нас бабушки.
Вы пролетаете над землёй и видите леса и горы, поля и реки, вы поднимаетесь до облаков, а в следующий миг уже шелестите травой и играете в листве деревьев.
И все же нет-нет и суровость коснется бровей, И мысли нахлынут, полны опасений: Вдруг слышать отвыкнем, Как дождь шелестит по траве, Как падает лист осенний.
Сидел я с автоматом у догоравшего костра, на угольки посматривал, к шорохам лесным прислушивался. Ветер шелестит сухой листвой да в голых ветвях посвистывает.
Луч фонарика мелькал на достаточном расстоянии, чтобы мы, пригнувшись, как три огородных вора, но только один из нас им и был, тихо шелестели травой чуть в сторону от ищущей нас бабушки.
Вы пролетаете над землёй и видите леса и горы, поля и реки, вы поднимаетесь до облаков, а в следующий миг уже шелестите травой и играете в листве деревьев.