—
При чём тут знатьё? — невесело восклицает Егор. — Тут — счастье. Я за нею со святок ходил, уговаривал её, а выпало тебе. Жениться, видишь ты, мне совсем неохота, то есть так, чтобы своим домом жить и всё, — на этом даже уж и отец не настаивает, поборол я его. А она — баба свободная, хорошая…
— Видишь ты, Егор Петров, знаю я это, как ночами от обиды не спится, тяжело это человеку, брат! Конечно, мне Кузьму нисколько не жаль, а
при чём тут женщина эта? Однако и на неё позор падает — за что? Не сама она себе отца выбрала…
Неточные совпадения
— Ну
при чем же
тут вы? Обижаться мне на себя надо — хотел, а не достиг. Нет, насчёт обид — это ты оставь, надо, чтобы ничего лишнего между нами не было, не мешало бы нам дело двигать. Я, брат, врать не буду: мне скорбно — зачем врать? И не знаю,
что бы я сделал, кабы не ты это, другой… А
тут я понимаю — человек на свой пай поработал, отдых-ласку честно заслужил…
Соображаю: если они — эти — знают моё настоящее имя, стало быть, Кузин
тут ни
при чём, а провалился я как-то случайно, что-нибудь напутали брат и сестра Сусловы, и это хорошо,
что я буду около Кузина завтра же.
Слушай: если все должны страдать, чтобы страданием купить вечную гармонию, то
при чем тут дети, скажи мне, пожалуйста?
Неточные совпадения
Разбой — статья особая, // Разбой
тут ни
при чем!» // — Разбойник за разбойника // Вступился! — прасол вымолвил, // А Лавин — скок к нему!
Тут только понял Грустилов, в
чем дело, но так как душа его закоснела в идолопоклонстве, то слово истины, конечно, не могло сразу проникнуть в нее. Он даже заподозрил в первую минуту,
что под маской скрывается юродивая Аксиньюшка, та самая, которая, еще
при Фердыщенке, предсказала большой глуповский пожар и которая во время отпадения глуповцев в идолопоклонстве одна осталась верною истинному богу.
Тут открылось все: и то,
что Беневоленский тайно призывал Наполеона в Глупов, и то,
что он издавал свои собственные законы. В оправдание свое он мог сказать только то,
что никогда глуповцы в столь тучном состоянии не были, как
при нем, но оправдание это не приняли, или, лучше сказать, ответили на него так,
что"правее бы он был, если б глуповцев совсем в отощание привел, лишь бы от издания нелепых своих строчек, кои предерзостно законами именует, воздержался".
Когда он был
тут, ни Вронский, ни Анна не только не позволяли себе говорить о чем-нибудь таком,
чего бы они не могли повторить
при всех, но они не позволяли себе даже и намеками говорить то,
чего бы мальчик не понял.
При этом Метров рассказал председателю то же,
что он рассказывал Левину, а Левин сделал те же замечания, которые он уже делал нынче утром, но для разнообразия высказал и свое новое мнение, которое
тут же пришло ему в голову.