Облитые потом, грязные и напряженные лица с растрепанными волосами, приставшими к мокрым лбам, коричневые шеи, дрожащие от напряжения плечи — все эти тела, едва прикрытые разноцветными рваными рубахами и портами, насыщали воздух вокруг себя горячими испарениями и, слившись в одну тяжелую массу мускулов, неуклюже возились во влажной атмосфере, пропитанной зноем юга и густым запахом пота.
Меня, как и Кругликова, охватили воспоминания: плескала морская волна, сливающаяся с невскою, свистел пароход, длинная дамба гудела под копытами извозчичьих лошадей, везущих публику с только что приставшего парохода, сновали катера, баркасы, дымились пароходы…
На походе он поет без передышки, и его хлесткие, забористые слова часто заставляют приставших солдат сочувственно гоготать и нравственно встряхиваться.
Прижавшись всем телом и лицом к своему барину и упираясь босыми ногами в заднюю ось дрожек, он казался листиком или червяком, случайно приставшим к воздвигавшейся перед ним исполинской туше.
Перед люком я задержался, отряхнул с подошв приставшие песчинки, постоял немного, положив ладонь на тёплый дышащий борт корабля, и ткнул пальцем в перепонку.
Измученные люди выходили на песчаный берег и отряхивали приставшую к одежде водную растительность.
Сняв пальто, я стянула с себя свитер, собрав с него приставшие сухие листья.
Перед люком я задержался, отряхнул с подошв приставшие песчинки, постоял немного, положив ладонь на тёплый дышащий борт корабля, и ткнул пальцем в перепонку.