—
Чудовищную силу обнаруживали некоторые, — вспоминал он, сосредоточенно глядя в пустой стакан. — Ведь невозможно, Макаров, сорвать рукою, пальцами, кожу с черепа, не волосы, а — кожу?
Такой ловкости и цепкости, какою обладает матрос вообще, а Фаддеев в особенности, встретишь разве в кошке. Через полчаса все было на своем месте, между прочим и книги, которые он расположил на комоде в углу полукружием и перевязал, на случай качки, веревками так, что нельзя было вынуть ни одной без его же
чудовищной силы и ловкости, и я до Англии пользовался книгами из чужих библиотек.
Внешняя сторона жизни никогда не рисовалась светлой в наших фантазиях, обреченные на бой с
чудовищною силою, успех нам казался почти невозможным.
Ребер уже спускал на Арбузова одного из своих помощников — англичанина Симпсона, второстепенного борца, сырого и неповоротливого, но известного среди атлетов
чудовищной силой грифа, то есть кистей и пальцев рук.
Неточные совпадения
Чувствуя, что не засну, я оглушил себя такой порцией виски, какую сам счел бы в иное время
чудовищной, и зарылся в постель, не имея более
сил ни слушать, ни смотреть, как бьется огромное плюшевое сердце, исходя ядом и золотом, болью и смехом, желанием и проклятием.
Оно заставляет людей танцевать, прыгать, болтать без удержу, кататься по земле, пробовать
силу, подымать невероятные тяжести, целоваться, плакать, хохотать, врать
чудовищные небылицы.
Когда Дионис нисходит в душу человека, чувство огромной полноты и
силы жизни охватывает ее. Какие-то могучие вихри взвиваются из подсознательных глубин, сшибаются друг с другом, ураганом крутятся в душе. Занимается дух от нахлынувшего ужаса и нечеловеческого восторга, разум пьянеет, и в огненном «оргийном безумии» человек преображается в какое-то иное, неузнаваемое существо, полное
чудовищного избытка
сил.
Дать душе проявляться свободно — это значит выпустить на простор
чудовищные, хаотические
силы, клокочущие в недрах души.
Но бывают миги, когда раздельные огоньки эти сбиваются вихрем в одно место. Тогда темнота вдруг прорезывается ослепительно ярким светом. Разрозненные элементы жизни, сжатые в одно, дают впечатление неслыханного напряжения, близкого к взрыву. И как раньше невозможно было жить от угрюмого мрака, от скудости жизненных
сил, так теперь жизнь становится невозможною вследствие
чудовищного избытка
сил и света.