Неточные совпадения
Белое лицо ее казалось осыпанным мукой, голубовато-серые,
жидкие глаза прятались в розовых подушечках опухших век, бесцветные брови почти невидимы на коже очень выпуклого лба, льняные волосы лежали на черепе, как приклеенные, она заплетала их в смешную косичку, с желтой лентой в конце.
По панелям, смазанным
жидкой грязью, люди шагали чрезмерно торопливо и были неестественно одноцветны. Каменные и тоже одноцветные
серые дома, не разъединенные заборами, тесно прижатые один к другому, являлись глазу как единое и бесконечное здание. Его нижний этаж, ярко освещенный, приплюснут к земле и вдавлен в нее, а верхние, темные, вздымались в
серую муть, за которой небо не чувствовалось.
Среди неровной линии крыш, тепло одетых снегом, одна из них дымилась
жидким,
серым дымом; по толстому слою снега тяжело ползали медноголовые люди, тоже
серые, как дым.
Лицо тоже измятое,
серое, с негустой порослью волос лубочного цвета, на подбородке волосы обещали вырасти острой бородою; по углам очень красивого рта свешивались — и портили рот — длинные,
жидкие усы.
Возница, мужичок средних лет, с реденькой,
серой бородкой на
жидком лице, не торопясь слез с козел, взглянул под задок брички и сказал, улыбаясь...
Когда Самгин вышел к чаю — у самовара оказался только один городской голова в синей рубахе, в рыжем шерстяном жилете, в широчайших шароварах черного сукна и в меховых туфлях. Красное лицо его, налитое жиром, не очень украшала
жидкая серая борода, на шишковатом черепе волосы, тоже
серые, росли скупо. Маленькие опухшие желтые глазки сияли благодушно.
Неточные совпадения
Шедшие за возами в гору мужики, босые, в измазанных навозной
жижей портках и рубахах, оглядывались на высокого толстого барина, который в
серой шляпе, блестевшей на солнце своей шелковой лентой, шел вверх по деревне, через шаг дотрагиваясь до земли глянцовитой коленчатой палкой с блестящим набалдашником.
Бледно-серое небо светлело, холодело, синело; звезды то мигали слабым светом, то исчезали; отсырела земля, запотели листья, кое-где стали раздаваться живые звуки, голоса, и
жидкий, ранний ветерок уже пошел бродить и порхать над землею.
Это был блондин с
жидкой заостренной бородкой, с
серыми мутными и меланхолическими глазами; в его внешности и манере было что-то мягкое, чувствовалась благовоспитанность и вежливость.
Приложившись головой к подушке и скрестив на груди руки, Лаврецкий глядел на пробегавшие веером загоны полей, на медленно мелькавшие ракиты, на глупых ворон и грачей, с тупой подозрительностью взиравших боком на проезжавший экипаж, на длинные межи, заросшие чернобыльником, полынью и полевой рябиной; он глядел… и эта свежая, степная, тучная голь и глушь, эта зелень, эти длинные холмы, овраги с приземистыми дубовыми кустами,
серые деревеньки,
жидкие березы — вся эта, давно им не виданная, русская картина навевала на его душу сладкие и в то же время почти скорбные чувства, давила грудь его каким-то приятным давлением.
Неприятна была в нем только какая-то потность и опухлость всего лица, скрывавшая почти маленькие
серые глаза (как будто он весь был налит портером) и чрезвычайная нечистоплотность — от
жидких масляных волос до больших босых ног в каких-то горностаевых туфлях.