Самгин брезгливо подумал, что, наверное, многие из этих инструментов исполнения воинского долга разрубали черепа людей, отсекали руки, прокалывали груди, животы, обильно смачивая кровью грязь и
пыль земли.
Неточные совпадения
Сквозь эти стекла все на
земле казалось осыпанным легким слоем сероватой
пыли, и даже воздух, не теряя прозрачности своей, стал сереньким.
Без шляпы, выпачканный известью, с надорванным рукавом блузы он стоял и зачем-то притопывал ногою по сухой
земле, засоренной стружкой, напудренной красной
пылью кирпича, стоял и, мигая пыльными ресницами, говорил...
Самгин догадался, что пред ним человек, который любит пошутить, шутит он, конечно, грубо, даже — зло и вот сейчас скажет или сделает что-нибудь нехорошее. Догадка подтверждалась тем, что грузчики, торопливо окружая запевалу, ожидающе, с улыбками заглядывали в его усатое лицо, а он, видимо, придумывая что-то, мял папиросу губами, шаркал по
земле мохнатым лаптем и
пылил на ботинки Самгина. Но тяжело подошел чернобородый, лысый и сказал строгим басом...
Волновались, прогибая под собою
землю, сотни тысяч на Ходынском поле, и вспомнилось, как он подумал, что, если эта сила дружно хлынет на Москву, она растопчет город в мусор и
пыль.
Земля под ними тоже, должно быть, прочная, а улица плотно вымощена булыжником, отшлифованным
пылью и лунным светом.
В магазинах вспыхивали огни, а на улице сгущался мутный холод, сеялась какая-то сероватая
пыль, пронзая кожу лица. Неприятно было видеть людей, которые шли встречу друг другу так, как будто ничего печального не случилось; неприятны голоса женщин и топот лошадиных копыт по торцам, — странный звук, точно десятки молотков забивали гвозди в небо и в
землю, заключая и город и душу в холодную, скучную темноту.
«Все — было, все — сказано». И всегда будет жить на
земле человек, которому тяжело и скучно среди бесконечных повторений одного и того же. Мысль о трагической позиции этого человека заключала в себе столько же печали, сколько гордости, и Самгин подумал, что, вероятно, Марине эта гордость знакома. Было уже около полудня, зной становился тяжелее,
пыль — горячей, на востоке клубились темные тучи, напоминая горящий стог сена.
На другой день, утром, он и Тагильский подъехали к воротам тюрьмы на окраине города. Сеялся холодный дождь, мелкий, точно
пыль, истреблял выпавший ночью снег, обнажал земную грязь. Тюрьма — угрюмый квадрат высоких толстых стен из кирпича, внутри стен врос в
землю давно не беленный корпус, весь в пятнах, точно пролежни, по углам корпуса — четыре башни, в средине его на крыше торчит крест тюремной церкви.
Неточные совпадения
Раздался стук топора и визг пилы; воздух наполнился криками рабочих и грохотом падающих на
землю бревен;
пыль густым облаком нависла над городом и затемнила солнечный свет.
Вдали вилась
пыль — Азамат скакал на лихом Карагёзе; на бегу Казбич выхватил из чехла ружье и выстрелил, с минуту он остался неподвижен, пока не убедился, что дал промах; потом завизжал, ударил ружье о камень, разбил его вдребезги, повалился на
землю и зарыдал, как ребенок…
Латынь из моды вышла ныне: // Так, если правду вам сказать, // Он знал довольно по-латыни, // Чтоб эпиграфы разбирать, // Потолковать об Ювенале, // В конце письма поставить vale, // Да помнил, хоть не без греха, // Из Энеиды два стиха. // Он рыться не имел охоты // В хронологической
пыли // Бытописания
земли; // Но дней минувших анекдоты, // От Ромула до наших дней, // Хранил он в памяти своей.
Избились бы о
землю, окровавившись и покрывшись
пылью, ее чудные груди и плечи, блеском равные нетающим снегам, покрывающим горные вершины; разнес бы по частям он ее пышное, прекрасное тело.
Пока ветер качал и гнул к
земле деревья, столбами нес
пыль, метя поля, пока молнии жгли воздух и гром тяжело, как хохот, катался в небе, бабушка не смыкала глаз, не раздевалась, ходила из комнаты в комнату, заглядывала, что делают Марфенька и Верочка, крестила их и крестилась сама, и тогда только успокаивалась, когда туча, истратив весь пламень и треск, бледнела и уходила вдаль.