Неточные совпадения
— А недавно, перед тем, как взойти луне, по небу летала большущая черная птица, подлетит ко
звезде и склюнет ее, подлетит к другой и ее склюет. Я не
спал, на подоконнике сидел, потом страшно стало, лег на постелю, окутался с головой, и так, знаешь, было жалко
звезд, вот, думаю, завтра уж небо-то пустое будет…
Люди
спят, мой друг, пойдем в тенистый сад,
Люди
спят, одни лишь
звезды к нам глядят,
Да и те не видят нас среди ветвей
И не слышат, слышит только соловей.
Темное небо уже кипело
звездами, воздух был напоен сыроватым теплом, казалось, что лес тает и растекается масляным паром. Ощутимо
падала роса. В густой темноте за рекою вспыхнул желтый огонек, быстро разгорелся в костер и осветил маленькую, белую фигурку человека. Мерный плеск воды нарушал безмолвие.
В небе, недалеко от луны, сверкала, точно
падая на землю, крупная
звезда.
Проведал слуга Никиты Романыча, // Садился на лошадь водовозную, // Скоро скакал к Никите Романычу: // «Гой еси, батюшка Никита Романыч! // Ты пьешь, ешь, прохлаждаешься, // Над собой кручинушки не ведаешь! //
Упадает звезда поднебесная, // Угасает свеча воску ярого, // Не становится млада царевича!»
Всего «мечтания» Ольги Федотовны, так она обыкновенно называла свою любовь, было два месяца, от начала каникул до открытия академических курсов. В такое короткое время любовь эта зародилась, дошла до зенита и, совершив все свое грациозное течение,
спала звездою на землю, где поросла травой забвения.
Та, кого он любит, должна носить при себе лук, зелья Тирличь и «тою», лечиться соком трав «тояда», «деляна» и «трояна» и произносить, когда
падает звезда: «Баран третяк голову зломив, да и ты!» Иногда «перелестник» является в женском образе Летавицы и чарует волшебными прелестями.
Неточные совпадения
Финал гремит; пустеет зала; // Шумя, торопится разъезд; // Толпа на площадь побежала // При блеске фонарей и
звезд, // Сыны Авзонии счастливой // Слегка поют мотив игривый, // Его невольно затвердив, // А мы ревем речитатив. // Но поздно. Тихо
спит Одесса; // И бездыханна и тепла // Немая ночь. Луна взошла, // Прозрачно-легкая завеса // Объемлет небо. Всё молчит; // Лишь море Черное шумит…
И вот уже трещат морозы // И серебрятся средь полей… // (Читатель ждет уж рифмы розы; // На, вот возьми ее скорей!) // Опрятней модного паркета // Блистает речка, льдом одета. // Мальчишек радостный народ // Коньками звучно режет лед; // На красных лапках гусь тяжелый, // Задумав плыть по лону вод, // Ступает бережно на лед, // Скользит и
падает; веселый // Мелькает, вьется первый снег, //
Звездами падая на брег.
Попасть на доку надобно, // А толстого да грозного // Я всякому всучу… // Давай больших, осанистых, // Грудь с гору, глаз навыкате, // Да чтобы больше
звезд!
С течением времен все
звезды помрачатся, // померкнет солнца блеск; природа, обветшав // лет дряхлостью,
падет. // Но ты во юности бессмертной процветешь, // незыблемый среди сражения стихиев, // развалин вещества, миров всех разрушенья.
Но вот наступает вечер. Заря запылала пожаром и обхватила полнеба. Солнце садится. Воздух вблизи как-то особенно прозрачен, словно стеклянный; вдали ложится мягкий пар, теплый на вид; вместе с росой
падает алый блеск на поляны, еще недавно облитые потоками жидкого золота; от деревьев, от кустов, от высоких стогов сена побежали длинные тени… Солнце село;
звезда зажглась и дрожит в огнистом море заката…