Неточные совпадения
Самгин лег, но от
усталости не спалось, а через две остановки в купе шумно влез большой человек, приказал проводнику зажечь огонь,
посмотрел на Самгина и закричал...
Дни потянулись медленнее, хотя каждый из них, как раньше, приносил с собой невероятные слухи, фантастические рассказы. Но люди, очевидно, уже привыкли к тревогам и шуму разрушающейся жизни, так же, как привыкли галки и вороны с утра до вечера летать над городом. Самгин
смотрел на них в окно и чувствовал, что его
усталость растет, становится тяжелей, погружает в состояние невменяемости. Он уже наблюдал
не так внимательно, и все, что люди делали, говорили, отражалось в нем, как
на поверхности зеркала.
Неточные совпадения
Проходя чрез мост, он тихо и спокойно
смотрел на Неву,
на яркий закат яркого, красного солнца. Несмотря
на слабость свою, он даже
не ощущал в себе
усталости. Точно нарыв
на сердце его, нарывавший весь месяц, вдруг прорвался. Свобода, свобода! Он свободен теперь от этих чар, от колдовства, обаяния, от наваждения!
Томная печаль, глубокая
усталость смотрела теперь из ее глаз. Горячие, живые тоны в лице заменились призрачной бледностью. В улыбке
не было гордости, нетерпеливых, едва сдерживаемых молодых сил. Кротость и грусть тихо покоились
на ее лице, и вся стройная фигура ее была полна задумчивой, нежной грации и унылого покоя.
Я воскрес,
смотрю на сверкающее солнце и сам
не верю. Открываю, нюхаю. И всю
усталость, весь ужас пережитого как рукой сняло. Я никогда и ничему так
не радовался, как этой табакерке. Это был подарок моего отца.
Палтусов вошел
на Пречистенский бульвар, сел
на скамейку и
смотрел вслед быстро удалявшейся карете. Только ее глухой грохот и раздавался. Ни души
не видно было кругом, кроме городового, дремавшего
на перекрестке. Истома и
усталость от танцев приковывали Палтусова к скамье. Но ему
не хотелось спать. И хорошо, что так вышло!.. Ему жаль было Станицыну… Но
не о ней стал он думать. Завтра надо действовать. Поскорей в Петербург —
не дальше первой недели поста.
Но
не только нельзя было и думать о том, чтобы видеть теперь Аминет, которая была тут же за забором, отделявшим во внутреннем дворе помещение жен от мужского отделения (Шамиль был уверен, что даже теперь, пока он слезал с лошади, Аминет с другими женами
смотрела в щель забора), но нельзя было
не только пойти к ней, нельзя было просто лечь
на пуховики отдохнуть от
усталости.