Неточные совпадения
У себя в комнате, сбросив сюртук, он подумал, что хорошо бы сбросить вот
так же
всю эту вдумчивость, путаницу чувств и мыслей и жить
просто, как живут другие,
не смущаясь говорить
все глупости, которые подвернутся на язык, забывать
все премудрости Томилина, Варавки… И забыть бы о Дронове.
Клим удивлялся. Он
не подозревал, что эта женщина умеет говорить
так просто и шутливо. Именно простоты он
не ожидал от нее; в Петербурге Спивак казалась замкнутой, связанной трудными думами. Было приятно, что она говорит, как со старым и близким знакомым. Между прочим она спросила: с дровами сдается флигель или без дров, потом поставила еще несколько очень житейских вопросов,
все это легко, мимоходом.
— Революционеры — это большевики, — сказал Макаров
все так же
просто. — Они бьют прямо: лбом в стену. Вероятно —
так и надо, но я, кажется,
не люблю их. Я помогал им, деньгами и вообще… прятал кого-то и что-то. А ты помогал?
Так она говорила минуты две, три. Самгин слушал терпеливо, почти
все мысли ее были уже знакомы ему, но на этот раз они звучали более густо и мягко, чем раньше, более дружески. В медленном потоке ее речи он искал каких-нибудь лишних слов, очень хотел найти их,
не находил и видел, что она своими словами формирует некоторые его мысли. Он подумал, что сам
не мог бы выразить их
так просто и веско.
—
Так…
просто, —
не сразу ответил Миша и, опустив голову, добавил, потише, оправдываясь: —
Все интересуются.
— Какой ужасный город! В Москве
все так просто… И — тепло. Охотный ряд, Художественный театр, Воробьевы горы… На Москву можно посмотреть издали, я
не знаю, можно ли видеть Петербург с высоты, позволяет ли он это?
Такой плоский, огромный, каменный… Знаешь — Стратонов сказал: «Мы, политики, хотим сделать деревянную Россию каменной».
— Напрасно усмехаетесь. Никакая она
не деятельница, а
просто — революционерка, как
все честные люди бедного сословия. Класса, — прибавила она. — И —
не сумасшедшая, а… очень
просто, если бы у вас убили любимого человека,
так ведь вас это тоже ударило бы.
Неточные совпадения
Если его спросить прямо о чем-нибудь, он никогда
не вспомнит,
не приберет
всего в голову и даже
просто ответит, что
не знает, а если спросить о чем другом, тут-то он и приплетет его, и расскажет с
такими подробностями, которых и знать
не захочешь.
Черты
такого необыкновенного великодушия стали ему казаться невероятными, и он подумал про себя: «Ведь черт его знает, может быть, он
просто хвастун, как
все эти мотишки; наврет, наврет, чтобы поговорить да напиться чаю, а потом и уедет!» А потому из предосторожности и вместе желая несколько поиспытать его, сказал он, что недурно бы совершить купчую поскорее, потому что-де в человеке
не уверен: сегодня жив, а завтра и бог весть.
— Поверьте мне, это малодушие, — отвечал очень покойно и добродушно философ-юрист. — Старайтесь только, чтобы производство дела было
все основано на бумагах, чтобы на словах ничего
не было. И как только увидите, что дело идет к развязке и удобно к решению, старайтесь —
не то чтобы оправдывать и защищать себя, — нет,
просто спутать новыми вводными и
так посторонними статьями.
А между тем в существе своем Андрей Иванович был
не то доброе,
не то дурное существо, а
просто — коптитель неба.
Так как уже немало есть на белом свете людей, коптящих небо, то почему же и Тентетникову
не коптить его? Впрочем, вот в немногих словах
весь журнал его дня, и пусть из него судит читатель сам, какой у него был характер.
— Да будто один Михеев! А Пробка Степан, плотник, Милушкин, кирпичник, Телятников Максим, сапожник, — ведь
все пошли,
всех продал! — А когда председатель спросил, зачем же они пошли, будучи людьми необходимыми для дому и мастеровыми, Собакевич отвечал, махнувши рукой: — А!
так просто, нашла дурь: дай, говорю, продам, да и продал сдуру! — Засим он повесил голову
так, как будто сам раскаивался в этом деле, и прибавил: — Вот и седой человек, а до сих пор
не набрался ума.