Неточные совпадения
Со всем этим никогда не соглашался
Настоящий Старик — дедушка Аким, враг своего внука и всех
людей, высокий, сутулый и скучный, как засохшее дерево.
Несомненно, это был самый умный
человек, он никогда ни с кем не соглашался и всех учил, даже
Настоящего Старика, который жил тоже несогласно со всеми, требуя, чтоб все шли одним путем.
Настоящий народ Клим воображал неисчислимой толпой
людей огромного роста, несчастных и страшных, как чудовищный нищий Вавилов.
Он спокойнее всех спорил с переодетым в мужика
человеком и с другим, лысым, краснолицым, который утверждал, что
настоящее, спасительное для народа дело — сыроварение и пчеловодство.
— В России живет два племени:
люди одного — могут думать и говорить только о прошлом,
люди другого — лишь о будущем и, непременно, очень отдаленном.
Настоящее, завтрашний день, почти никого не интересует.
— Камень — дурак. И дерево — дурак. И всякое произрастание — ни к чему, если нет
человека. А ежели до этого глупого материала коснутся наши руки, — имеем удобные для жилья дома, дороги, мосты и всякие вещи, машины и забавы, вроде шашек или карт и музыкальных труб. Так-то. Я допрежде сектантом был, сютаевцем, а потом стал проникать в
настоящую философию о жизни и — проник насквозь, при помощи неизвестного
человека.
— Я часто гуляю в поле, смотрю, как там казармы для артиллеристов строят. Сам — лентяй, а люблю смотреть на работу. Смотрю и думаю: наверное,
люди когда-нибудь устанут от мелких, подленьких делишек, возьмутся всею силою за
настоящее, крупное дело и — сотворят чудеса.
— Вот такой — этот
настоящий русский, больше, чем вы обе, — я так думаю. Вы помните «Золотое сердце» Златовратского! Вот! Он удивительно говорил о начальнике в тюрьме, да! О, этот может много делать! Ему будут слушать, верить, будут любить
люди. Он может… как говорят? — может утешивать. Так? Он — хороший поп!
Четырех дней было достаточно для того, чтоб Самгин почувствовал себя между матерью и Варавкой в невыносимом положении
человека, которому двое
людей навязчиво показывают, как им тяжело жить. Варавка, озлобленно ругая купцов, чиновников, рабочих, со вкусом выговаривал неприличные слова, как будто забывая о присутствии Веры Петровны, она всячески показывала, что Варавка «ужасно» удивляет ее, совершенно непонятен ей, она относилась к нему, как бабушка к
Настоящему Старику — деду Акиму.
Кутузов, со стаканом вина в руке, смеялся, закинув голову, выгнув кадык, и под его фальшивой бородой Клим видел
настоящую. Кутузов сказал, должно быть, что-то очень раздражившее
людей, на него кричали несколько
человек сразу и громче всех —
человек, одетый крестьянином.
«Вот это —
настоящая Русь, красивая, уютная земля простых
людей».
Варвара по вечерам редко бывала дома, но если не уходила она — приходили к ней. Самгин не чувствовал себя дома даже в своей рабочей комнате, куда долетали голоса
людей, читавших стихи и прозу.
Настоящим, теплым, своим домом он признал комнату Никоновой. Там тоже были некоторые неудобства; смущал очкастый домохозяин, он, точно поджидая Самгина, торчал на дворе и, встретив его ненавидящим взглядом красных глаз из-под очков, бормотал...
Да, это —
настоящий, нормальный
человек, это — женщина для крепкой связи.
«Другого
человека я осудил бы, разумеется, безжалостно, но ее — не могу! Должно быть, я по-настоящему привязался к ней, и эта привязанность — сильнее любви. Она, конечно, жертва», — десятый раз напомнил он себе.
— Должен! Ты — революционер, живешь для будущего, защитник народа и прочее… Это — не отговорка. Ерунда! Ты вот в
настоящем помоги
человеку. Сейчас!
Разговорам ее о религии он не придавал значения, считая это «системой фраз»; украшаясь этими фразами, Марина скрывает в их необычности что-то более значительное,
настоящее свое оружие самозащиты; в силу этого оружия она верит, и этой верой объясняется ее спокойное отношение к действительности, властное — к
людям. Но — каково же это оружие?
— Говорил, что все
люди для тебя безразличны, ты презираешь
людей. Держишь — как песок в кармане — умишко второго сорта и швыряешь в глаза
людям, понемногу, щепотками, а
настоящий твой ум прячешь до времени, когда тебя позовут в министры…
— Бунт обнаружил слабосилие власти, возможность
настоящей революции, кадетики, съездив в Выборг, как раз скомпрометировали себя до конца жизни в глазах здравомыслящих
людей. Теперь-с, ежели пролетарий наш решит идти за Лениным и сумеет захватить с собою мужичка — самую могущественную фигуру игры, — Россия лопнет, как пузырь.
— Ну, и пускай Малый театр едет в провинцию, а
настоящий, культурно-политический театр пускай очистится от всякого босячества, нигилизма — и дайте ему место в Малом, так-то-с! У него хватит
людей на две сцены — не беспокойтесь!
Он говорил очень громко, говорил с уверенностью, что разнообразные
люди, собранные в этой комнате для китайских идолов, никогда еще не слыхали речей
настоящего европейца, старался произносить слова четко, следя за ударениями.
Неточные совпадения
Следовало бы тоже принять во внимание и прежнюю жизнь
человека, потому что, если не рассмотришь все хладнокровно, а накричишь с первого раза, — запугаешь только его, да и признанья
настоящего не добьешься: а как с участием его расспросишь, как брат брата, — сам все выскажет и даже не просит о смягчении, и ожесточенья ни против кого нет, потому что ясно видит, что не я его наказываю, а закон.
Может быть, два-три
человека извлекли себе
настоящую пользу, да и то оттого, может, что и без того были умны, а прочие ведь только и стараются узнать то, что портит здоровье, да и выманивает деньги.
И много приходило ему в голову того, что так часто уносит
человека от скучной
настоящей минуты, теребит, дразнит, шевелит его и бывает ему любо даже и тогда, когда уверен он сам, что это никогда не сбудется.
Поди ты сладь с
человеком! не верит в Бога, а верит, что если почешется переносье, то непременно умрет; пропустит мимо создание поэта, ясное как день, все проникнутое согласием и высокою мудростью простоты, а бросится именно на то, где какой-нибудь удалец напутает, наплетет, изломает, выворотит природу, и ему оно понравится, и он станет кричать: «Вот оно, вот
настоящее знание тайн сердца!» Всю жизнь не ставит в грош докторов, а кончится тем, что обратится наконец к бабе, которая лечит зашептываньями и заплевками, или, еще лучше, выдумает сам какой-нибудь декохт из невесть какой дряни, которая, бог знает почему, вообразится ему именно средством против его болезни.
Он спешил не потому, что боялся опоздать, — опоздать он не боялся, ибо председатель был
человек знакомый и мог продлить и укоротить по его желанию присутствие, подобно древнему Зевесу Гомера, длившему дни и насылавшему быстрые ночи, когда нужно было прекратить брань любезных ему героев или дать им средство додраться, но он сам в себе чувствовал желание скорее как можно привести дела к концу; до тех пор ему казалось все неспокойно и неловко; все-таки приходила мысль: что души не совсем
настоящие и что в подобных случаях такую обузу всегда нужно поскорее с плеч.