Неточные совпадения
— Я вам расскажу всю
истину, — отвечал Грушницкий, — только, пожалуйста, не выдавайте меня; вот как это было: вчера один человек, которого я вам не
назову, приходит ко мне и рассказывает, что видел в десятом часу вечера, как кто-то прокрался в дом к Лиговским. Надо вам заметить, что княгиня была здесь, а княжна дома. Вот мы с ним и отправились под окна, чтоб подстеречь счастливца.
Кто возмущает словом (да
назовем так в угодность власти все твердые размышления, на
истине основанные, власти противные), есть такой же безумец, как и хулу глаголяй на бога.
Затем возвещают нам, что наша трибуна есть трибуна
истины и здравых понятий, и вот с этой трибуны „здравых понятий“ раздается, с клятвою, аксиома, что
называть убийство отца отцеубийством есть только один предрассудок!
И не станем мы поправлять с кафедры
истины и здравых понятий Евангелие Бога нашего, которого защитник удостоивает
назвать лишь «распятым человеколюбцем», в противоположность всей православной России, взывающей к нему: «Ты бо еси Бог наш!..»
Насчет же «Христова лжеподобия» и того, что он не удостоил
назвать Христа Богом, а
назвал лишь «распятым человеколюбцем», что «противно-де православию и не могло быть высказано с трибуны
истины и здравых понятий», — Фетюкович намекнул на «инсинуацию» и на то, что, собираясь сюда, он по крайней мере рассчитывал, что здешняя трибуна обеспечена от обвинений, «опасных для моей личности как гражданина и верноподданного…» Но при этих словах председатель осадил и его, и Фетюкович, поклонясь, закончил свой ответ, провожаемый всеобщим одобрительным говором залы.