Неточные совпадения
Отец Клима словообильно утешал доктора, а он, подняв черный и мохнатый
кулак на уровень уха, потрясал им и говорил, обливаясь пьяными
слезами...
Похолодев от испуга, Клим стоял на лестнице, у него щекотало в горле,
слезы выкатывались из глаз, ему захотелось убежать в сад, на двор, спрятаться; он подошел к двери крыльца, — ветер кропил дверь осенним дождем. Он постучал в дверь
кулаком, поцарапал ее ногтем, ощущая, что в груди что-то сломилось, исчезло, опустошив его. Когда, пересилив себя, он вошел в столовую, там уже танцевали кадриль, он отказался танцевать, подставил к роялю стул и стал играть кадриль в четыре руки с Таней.
— Как-то я остался ночевать у него, он проснулся рано утром, встал на колени и долго молился шепотом, задыхаясь, стуча
кулаками в грудь свою. Кажется, даже до
слез молился… Уходят, слышите? Уходят!
Взмахнув руками, он сбросил с себя шубу и начал бить
кулаками по голове своей; Самгин видел, что по лицу парня обильно текут
слезы, видел, что большинство толпы любуется парнем, как фокусником, и слышал восторженно злые крики человека в опорках...
Но тут из глаз ее покатились
слезы, и Самгин подумал, что плакать она — не умеет: глаза открыты и ярко сверкают, рот улыбается, она колотит себя
кулаками по коленям и вся воинственно оживлена.
Слезы ее — не настоящие, не нужны, это — не
слезы боли, обиды. Она говорила низким голосом...
— Пуф! — вскричал Мурзенко, показывая движениями, что он понял Владимира. — Бездельника! Собака швед! понимай моя… Добре, добре! — прибавил он, обняв Владимира и утерев
кулаком слезу, навернувшуюся на щель одного глаза. — Моя твоя не забудет. По твоя милости моя пулковник. Авось моя твоя добре сделает.
Неточные совпадения
«Я говорил, что я возропщу, — хрипло кричал он, с пылающим, перекошенным лицом, потрясая в воздухе
кулаком, как бы грозя кому-то, — и возропщу, возропщу!» Но Арина Власьевна, вся в
слезах, повисла у него на шее, и оба вместе пали ниц.
Обалдуй, весь разнеженный, стоял, глупо разинув рот; серый мужичок тихонько всхлипывал в уголку, с горьким шепотом покачивая головой; и по железному лицу Дикого-Барина, из-под совершенно надвинувшихся бровей, медленно прокатилась тяжелая
слеза; рядчик поднес сжатый
кулак ко лбу и не шевелился…
— Ведь что вы думаете? — продолжал он, ударив
кулаком по столу и стараясь нахмурить брови, меж тем как
слезы все еще бежали по его разгоряченным щекам, — ведь выдала себя девка, пошла да и выдала себя…
Бабы громко выли; мужики изредка утирали
слезы кулаком.
Иван Федорович вскочил и изо всей силы ударил его
кулаком в плечо, так что тот откачнулся к стене. В один миг все лицо его облилось
слезами, и, проговорив: «Стыдно, сударь, слабого человека бить!», он вдруг закрыл глаза своим бумажным с синими клеточками и совершенно засморканным носовым платком и погрузился в тихий слезный плач. Прошло с минуту.