Страшнее всего казалась Климу одеревенелость Маракуева, он стоял так напряженно вытянувшись, как будто боялся, что если
вынет руки из карманов, наклонит голову или согнет спину, то его тело сломается, рассыплется на куски.
Неточные совпадения
Лидия поправила прядь волос, опустившуюся на ухо и щеку ее. Иноков
вынул сигару изо рта, стряхнул пепел в горсть левой
руки и, сжав ее в кулак, укоризненно заметил...
Не переставая говорить, он
вынул из-за пазухи краюху ржаного хлеба, подул на нее, погладил
рукою корку и снова любовно спрятал...
Говоря, Кутузов постукивал пальцем левой
руки по столу, а пальцами правой разминал папиросу, должно быть, слишком туго набитую. Из нее на стол сыпался табак, патрон, брезгливо оттопырив нижнюю губу, следил за этой операцией неодобрительно. Когда Кутузов размял папиросу, патрон,
вынув платок, смахнул табак со стола на колени себе. Кутузов с любопытством взглянул на него, и Самгину показалось, что уши патрона покраснели.
Нестерпимо длинен был путь Варавки от новенького вокзала, выстроенного им, до кладбища. Отпевали в соборе, служили панихиды пред клубом, техническим училищем, пред домом Самгиных. У ворот дома стояла миловидная, рыжеватая девушка, держа за плечо голоногого, в сандалиях, человечка лет шести; девушка крестилась, а человечек, нахмуря черные брови, держал
руки в карманах штанишек. Спивак подошла к нему, наклонилась, что-то сказала, мальчик, вздернув плечи,
вынул из карманов
руки, сложил их на груди.
— Ну вот! — тоскливо вскричал Лютов. Притопывая на одном месте, он как бы собирался прыгнуть и в то же время, ощупывая себя
руками, бормотал: — Ой, револьвер
вынула, ах ты! Понимаешь? — шептал он, толкая Самгина: — У нее — револьвер!
Рядом с ним встал Яков,
вынул из его
руки браунинг, поднес его близко к лицу, точно нюхая, и сказал...
Осторожно, не делая резких движений, Самгин
вынул портсигар, папиросу, — спичек в кармане не оказалось, спички лежали на столе. Тогда он, спрятав портсигар, бросил папиросу на стол и сунул
руки в карманы. Стоять среди комнаты было глупо, но двигаться не хотелось, — он стоял и прислушивался к непривычному ощущению грустной, но приятной легкости.
— Мир вдохновляется Францией, — говорил доктор, размахивая левой
рукой, а правой
вынул часы из кармана жилета и показал циферблат Вере Петровне.
— Бердников, Захарий Петров, — сказал он высоким, почти женским голосом. Пухлая, очень теплая
рука, сильно сжав
руку Самгина, дернула ее книзу, затем Бердников, приподняв полы сюртука, основательно уселся в кресло,
вынул платок и крепко вытер большое, рыхлое лицо свое как бы нарочно для того, чтоб оно стало виднее.
Дмитрий, махнув
рукой,
вынул из кармана брюк серебряные часы без цепочки и, глядя на циферблат, сказал медленно и скучно...
Он поднял длинную
руку, на конце ее — большой, черный, масляный кулак. Рабочий развязал мешок,
вынул буханку хлеба, сунул ее под мышку и сказал...
Нехлюдов вышел из сада и подошел к крыльцу, у которого стояли две растрепанные бабы, из которых одна, очевидно, была на сносе беременна. На ступеньках крыльца, сложив руки в карманы парусинного пальто, стоял приказчик. Увидав барина, бабы замолчали и стали оправлять сбившиеся платки на головах, а приказчик
вынул руки из карманов и стал улыбаться.
Неточные совпадения
В то время, когда один пускал кудреватыми облаками трубочный дым, другой, не куря трубки, придумывал, однако же, соответствовавшее тому занятие:
вынимал, например, из кармана серебряную с чернью табакерку и, утвердив ее между двух пальцев левой
руки, оборачивал ее быстро пальцем правой, в подобье того как земная сфера обращается около своей оси, или же просто барабанил по табакерке пальцами, насвистывая какое-нибудь ни то ни се.
Эй, Порфирий! — закричал он, подошедши к окну, на своего человека, который держал в одной
руке ножик, а в другой корку хлеба с куском балыка, который посчастливилось ему мимоходом отрезать,
вынимая что-то из брички.
Не откладывая, принялся он немедленно за туалет, отпер свою шкатулку, налил в стакан горячей воды,
вынул щетку и мыло и расположился бриться, чему, впрочем, давно была пора и время, потому что, пощупав бороду
рукою и взглянув в зеркало, он уже произнес: «Эк какие пошли писать леса!» И в самом деле, леса не леса, а по всей щеке и подбородку высыпал довольно густой посев.
Потом в ту же минуту приступил к делу: перед шкатулкой потер
руки с таким же удовольствием, как потирает их выехавший на следствие неподкупный земский суд, подходящий к закуске, и тот же час
вынул из нее бумаги.
Раскольников приостановился рядом с двумя-тремя слушателями, послушал,
вынул пятак и положил в
руку девушке.