Неточные совпадения
Торопливо вбегала Таня Куликова, ее незначительное, с трудом запоминаемое
лицо при
виде Томилина темнело, как темнеют от старости фаянсовые тарелки.
Лютов, в измятом костюме, усеянном рыжими иглами хвои, имел
вид человека, только что — очнувшегося после сильного кутежа.
Лицо у него пожелтело, белки полуумных глаз налиты кровью; он, ухмыляясь, говорил невесте, тихо и сипло...
Дядя Хрисанф имел
вид сугубо парадный; шлифованная лысина его торжественно сияла, и так же сияли ярко начищенные сапоги с лакированными голенищами. На плоском
лице его улыбки восторга сменялись улыбками смущения; глазки тоже казались начищенными, они теплились, точно огоньки двух лампад, зажженных в емкой душе дяди.
В черном плаще, в широкой шляпе с загнутыми полями и огромным пепельного цвета пером, с тростью в руке, она имела
вид победоносный, великолепное
лицо ее было гневно нахмурено. Самгин несколько секунд смотрел на нее с почтительным изумлением, сняв фуражку.
В пестрой ситцевой рубахе, в измятом, выцветшем пиджаке, в ботинках, очень похожих на башмаки деревенской бабы, он имел
вид небогатого лавочника. Волосы подстрижены в скобку, по-мужицки; широкое, обветренное
лицо с облупившимся носом густо заросло темной бородою, в глазах светилось нечто хмельное и как бы даже виноватое.
В столовой, у стола, сидел другой офицер, небольшого роста, с темным
лицом, остроносый, лысоватый, в седой щетине на черепе и верхней губе, человек очень пехотного
вида; мундир его вздулся на спине горбом, воротник наехал на затылок. Он перелистывал тетрадки и, когда вошел Клим, спросил, взглянув на него плоскими глазами...
Черное сукно сюртука и белый, высокий, накрахмаленный воротник очень невыгодно для Краснова подчеркивали серый тон кожи его щек, волосы на щеках лежали гладко, бессильно, концами вниз, так же и на верхней губе, на подбородке они соединялись в небольшой клин, и это придавало
лицу странный
вид: как будто все оно стекало вниз.
Освобожденный стол тотчас же заняли молодцеватый студент, похожий на переодетого офицера, и скромного
вида человек с жидкой бородкой, отдаленно похожий на портреты Антона Чехова в молодости. Студент взял карту кушаний в руки, закрыл ею румяное
лицо, украшенное золотистыми усиками, и сочно заговорил, как бы читая по карте...
Елена все шептала, называя имена депутатов, характеризуя их, Клим Иванович Самгин наклонил к
лицу ее голову свою, подставил ухо, делая
вид, что слушает, а сам быстро соображал...
Тем не менее и красно-сизое, суровое на
вид лицо Федотова с заседевшими черными бакенбардами и перешибленным носом, и менее подозрительного оттенка физиономия боцмана второй вахты Никифорова, рыжеусого, с лукавыми маленькими глазами, коренастого человека, выражали собой полнейшее недоумение.
В изумлении стояли друг перед другом два эти совсем не сходные человека: один скоморох, скрывший свой натуральный
вид лица под красками, а другой — весь излинявший пустынник. На них смотрели длинномордая собака и разноперая птица. И все молчали. А Ермий пришел к Памфалону не для молчания, а для беседы, и для великой беседы.
Неточные совпадения
Тут был, однако, цвет столицы, // И знать, и моды образцы, // Везде встречаемые
лица, // Необходимые глупцы; // Тут были дамы пожилые // В чепцах и в розах, с
виду злые; // Тут было несколько девиц, // Не улыбающихся
лиц; // Тут был посланник, говоривший // О государственных делах; // Тут был в душистых сединах // Старик, по-старому шутивший: // Отменно тонко и умно, // Что нынче несколько смешно.
Один раз, впрочем,
лицо его приняло суровый
вид, и он строго застучал по столу, устремив глаза на сидевших насупротив его детей.
Лицо какое-то чинное в
виде треугольника.
Он казался лет пятидесяти; смуглый цвет
лица его показывал, что оно давно знакомо с закавказским солнцем, и преждевременно поседевшие усы не соответствовали его твердой походке и бодрому
виду.
Наружность поручика Вулича отвечала вполне его характеру. Высокий рост и смуглый цвет
лица, черные волосы, черные проницательные глаза, большой, но правильный нос, принадлежность его нации, печальная и холодная улыбка, вечно блуждавшая на губах его, — все это будто согласовалось для того, чтоб придать ему
вид существа особенного, не способного делиться мыслями и страстями с теми, которых судьба дала ему в товарищи.