Неточные совпадения
— Ну, что же я сделаю, если ты не понимаешь? — отозвалась она, тоже как будто немножко сердясь. — А мне думается, что все очень просто: господа интеллигенты почувствовали, что некоторые излюбленные традиции уже неудобны, тягостны
и что нельзя жить, отрицая государство, а государство нестойко без церкви, а церковь невозможна без бога, а
разум и вера несоединимы. Ну,
и получается иной раз, в поспешных хлопотах реставрации, маленькая, противоречивая чепуха.
— Мы — бога во Христе отрицаемся, человека же — признаем!
И был он, Христос, духовен человек, однако — соблазнил его Сатана,
и нарек он себя сыном бога
и царем правды. А для нас — несть бога, кроме духа! Мы — не мудрые, мы — простые. Мы так думаем, что истинно мудр тот, кого люди безумным признают, кто отметает все
веры, кроме
веры в духа. Только дух — сам от себя, а все иные боги — от
разума, от ухищрений его,
и под именем Христа
разум же скрыт, —
разум церкви
и власти.
Неточные совпадения
— «Да, то, что я знаю, я знаю не
разумом, а это дано мне, открыто мне,
и я знаю это сердцем,
верою в то главное, что исповедует церковь».
Для науки
и ее целей совсем не нужна эта религиозная
вера в
разум.
Обычно это религиозное опознание называется
верой, которая
и получает поэтому столь центральное значение в гносеологии религии: анализ природы
веры есть своего рода «критика религиозного
разума».
Как
и повсюду, подмены возможны
и здесь. Легко
вера подменяется неверующим догматизмом, т. е. нерациональным рационализмом, порождаемым леностью ума, косностью
и трусостью мысли. Борьба с знанием под предлогом
веры проистекает именно из такого отношения к последней.
Вера не ограничивает
разума, который
и сам должен знать свои границы, чтобы не останавливаться там, где он еще может идти на своих ногах.
Конечно, это облегчается благодаря рационалистическому предрассудку доктрины Канта, по которой
вера есть «
разум», хотя
и второго сорта, т. е. «практический»; следовательно, над ней тяготеет контроль
и деспотическое правительство теоретического
разума, сковывающего права
веры и ограничивающего ее компетенцию.