На другой день утром Самгин читал в местной газете: «
Есть основания полагать, что налет был случаен, не подготовлен, что это просто грабеж».
Коптев был вдов, бездетен, но нашлись дальние родственники и возбудили дело о признании наследователя ненормальным, утверждая, что у Коптева не
было оснований дарить деньги женщине, которую он видел, по их сведениям, два раза, и обвиняя кухарку в «сокрытии имущества».
Неточные совпадения
— Он много верного знает, Томилин. Например — о гуманизме. У людей нет никакого
основания быть добрыми, никакого, кроме страха. А жена его — бессмысленно добра… как пьяная. Хоть он уже научил ее не верить в бога. В сорок-то шесть лет.
Через минуту Самгин имел
основание думать, что должно повториться уже испытанное им: он сидел в кабинете у стола, лицом к свету, против него, за столом, помещался офицер, только обстановка кабинета
была не такой домашней, как у полковника Попова, а — серьезнее, казенней.
— Но, если хочешь, я представляю, почему он… имел бы
основание быть равнодушным, — продолжал Самгин с неожиданной запальчивостью, — она даже несколько смутила его.
«В сущности,
есть много
оснований думать, что именно эти люди — основной материал истории, сырье, из которого вырабатывается все остальное человеческое, культурное. Они и — крестьянство. Это — демократия, подлинный демос — замечательно живучая, неистощимая сила. Переживает все социальные и стихийные катастрофы и покорно, неутомимо ткет паутину жизни. Социалисты недооценивают значение демократии».
— Но — нет! Хлыстовство — балаган. За ним скрывалось что-то другое. Хлыстовство — маскировка. Она
была жадна, деньги любила. Муж ее давал мне на нужды партии щедрее. Я смотрел на него как на кандидата в революционеры. Имел
основания. Он и о деревне правильно рассуждал, в эсеры не годился. Да, вот что я могу сказать о ней.
Неточные совпадения
Как бы то ни
было, цель человека все еще не определена, если он не стал наконец твердой стопою на прочное
основание, а не на какую-нибудь вольнодумную химеру юности.
— Вы так и знали? — подхватил Лужин, — стало
быть, уже и прежде имели хотя бы некоторые
основания так заключать. Прошу вас, почтеннейшая Амалия Ивановна, запомнить слова ваши, произнесенные, впрочем, при свидетелях.
Пуще всего боялся он, вот уже несколько лет, обличения, и это
было главнейшим
основанием его постоянного, преувеличенного беспокойства, особенно при мечтах о перенесении деятельности своей в Петербург.
Все в том, что я действительно принес несколько хлопот и неприятностей многоуважаемой вашей сестрице; стало
быть, чувствуя искреннее раскаяние, сердечно желаю, — не откупиться, не заплатить за неприятности, а просто-запросто сделать для нее что-нибудь выгодное, на том
основании, что не привилегию же в самом деле взял я делать одно только злое.
Я имею значительное
основание предполагать, что Марфа Петровна, имевшая несчастие столь полюбить его и выкупить из долгов, восемь лет назад, послужила ему еще и в другом отношении: единственно ее старанием и жертвами затушено
было, в самом начале, уголовное дело, с примесью зверского и, так сказать, фантастического душегубства, за которое он весьма и весьма мог бы прогуляться в Сибирь.