— А ужасный разбойник поволжский, Никита, узнав, откуда у Васьки неразменный рубль, выкрал монету, влез воровским манером на небо и говорит Христу: «Ты, Христос, неправильно сделал, я за рубль на великие грехи каждую неделю хожу, а ты его лентяю подарил, гуляке, — нехорошо это!»
— Да ведь я говорю! Согласился Христос с Никитой: верно, говорит, ошибся я по простоте моей. Спасибо, что ты поправил дело, хоть и разбойник. У вас, говорит, на земле все так запуталось, что разобрать ничего невозможно, и, пожалуй, верно вы говорите. Сатане в руку, что доброта да простота хуже воровства. Ну, все-таки пожаловался, когда прощались с Никитой: плохо, говорит, живете, совсем забыли меня. А Никита и сказал...
Эти люди, бегавшие по раскаленным улицам, как тараканы, восхищали Варвару, она их находила красивыми, добрыми, а Самгин сказал, что он предпочел бы видеть на границе государства не грузин, армян и вообще каких-то незнакомцев с физиономиями разбойников, а — русских мужиков.
«Должно быть, не легко в старости потерять веру», — размышлял Самгин, вспомнив, что устами этого полуумного, полуживого человека разбойник Никита говорил Христу...
«Нет, люди здесь проще, ближе к простому, реальному смыслу жизни. Здесь нет Лютовых, Кутузовых, нет философствующих разбойников вроде Бердникова, Попова. Здесь и социалисты — люди здравомыслящие, их задача сводится к реальному делу: препятствовать ухудшению условий труда рабочих».
— Покойник отец учил меня: «Работник должен ходить пред тобой, как монах пред игуменом». Н-да… А теперь он, работник, — разбойник, все чтобы бить да ломать, а кроме того — жрать да спать.
— Меньшиков, — назвал его Тагильский, усмехаясь. — Один из крупнейших в лагере мошенников пера и разбойников печати, как знаете, разумеется. В словаре Брокгауза о нем сказано, что, будучи нравственно чутким человеком, он одержим искренним стремлением познать истину.
— Вы считаете немцев — разбойниками, зверями, но ведь это ваше правительство помогало пруссакам разгромить Францию, вы поддерживали их против Австрии, поддерживали Бисмарка.
По дороге на него могут напасть разбойники или хищники, может пойти дождь и вымочить зерно, поэтому ему ещё нужно нанять охрану и приобрести амулет, защищающий от влаги.
«Разбо́йники» (нем. Die Räuber) — первая опубликованная драма Фридриха Шиллера, написанная в 1781 году. Премьера спектакля, поставленного по пьесе, состоялась 13 января 1782 года в Мангейме. Произведение послужило отправной точкой в развитии в Германии другого литературного жанра — разбойничьего романа. По мотивам «Разбойников» Джузеппе Верди создал одноимённую оперу. (Википедия)
Дети святы и чисты. Даже у разбойников и крокодилов они стоят в ангельском чине. Сами мы можем лезть в какую угодно яму, но их должны окутывать в атмосферу, приличную их чину. Нельзя безнаказанно похабничать в их присутствии… нельзя делать их игрушкою своего настроения: то нежно лобызать, то бешено топать на них ногами…
«Разбо́йники» (нем. Die Räuber) — первая опубликованная драма Фридриха Шиллера, написанная в 1781 году. Премьера спектакля, поставленного по пьесе, состоялась 13 января 1782 года в Мангейме. Произведение послужило отправной точкой в развитии в Германии другого литературного жанра — разбойничьего романа. По мотивам «Разбойников» Джузеппе Верди создал одноимённую оперу.
Морскими разбойниками становились представители разных племён и народов – не столько из корысти, сколько по бедности.
По дороге на него могут напасть разбойники или хищники, может пойти дождь и вымочить зерно, поэтому ему ещё нужно нанять охрану и приобрести амулет, защищающий от влаги.
В итоге нужныезаросли мы всё-таки нашли и даже очень быстро расправились с сидящей там шайкой разбойников второго уровня.