Я орловский старожил. Весь наш род — все были не последние люди. Мы имели свой дом на
Нижней улице, у Плаутина колодца, и свои ссыпные амбары, и свои барки; держали артель трепачей, торговали пенькой и вели хлебную ссыпку. Отчаянного большого состояния не имели, но рубля на полтину никогда не ломали и слыли за людей честных.
— Ты не туда, братец, пришел. Ты иди на
Нижнюю улицу, там тебе укажут, а здесь казначейство, милый мой! Ты иди в полицию.
Неточные совпадения
Нижние этажи первой
улицы заняты китайскими лавками, все почти с европейскими товарами.
С годами труба засорилась, ее никогда не чистили, и после каждого большого ливня вода заливала
улицы, площади,
нижние этажи домов по Неглинному проезду.
Тревожный звонок — и все бросаются к столбам, охватывают их в обнимку, ныряют по ним в
нижний сарай, и в несколько секунд — каждый на своем определенном месте автомобиля: каску на голову, прозодежду надевают на полном ходу летящего по
улице автомобиля.
Когда совсем смерклось, мы отправились с Кетчером. Сильно билось сердце, когда я снова увидел знакомые, родные
улицы, места, домы, которых я не видал около четырех лет… Кузнецкий мост, Тверской бульвар… вот и дом Огарева, ему нахлобучили какой-то огромный герб, он чужой уж; в
нижнем этаже, где мы так юно жили, жил портной… вот Поварская — дух занимается: в мезонине, в угловом окне, горит свечка, это ее комната, она пишет ко мне, она думает обо мне, свеча так весело горит, так мне горит.
Коля провел князя недалеко, до Литейной, в одну кафе-биллиардную, в
нижнем этаже, вход с
улицы. Тут направо, в углу, в отдельной комнатке, как старинный обычный посетитель, расположился Ардалион Александрович, с бутылкой пред собой на столике и в самом деле с «Indеpendance Belge» в руках. Он ожидал князя; едва завидел, тотчас же отложил газету и начал было горячее и многословное объяснение, в котором, впрочем, князь почти ничего не понял, потому что генерал был уж почти что готов.