Неточные совпадения
А около господа ангелы летают во множестве, — как
снег идет али пчелы роятся, — али бы белые голуби летают с неба на землю да опять на небо и обо всем богу сказывают про нас, про людей.
— Батюшка! — выла Петровна, протягивая одну руку к нему,
а другой держась за голову. — Верно, батюшка, вру ведь я!
Иду я,
а к вашему забору следы, и
снег обмят в одном месте, я через забор и заглянула, и вижу — лежит он…
Присел на корточки, заботливо зарыл узел с книгами в
снег и ушел. Был ясный январский день, всюду сверкало серебряное солнце, я очень позавидовал брату, но, скрепя сердце,
пошел учиться, — не хотелось огорчить мать. Книги, зарытые Сашей, конечно, пропали, и на другой день у него была уже законная причина не
пойти в школу,
а на третий его поведение стало известно деду.
Неточные совпадения
Недаром наши странники // Поругивали мокрую, // Холодную весну. // Весна нужна крестьянину // И ранняя и дружная, //
А тут — хоть волком вой! // Не греет землю солнышко, // И облака дождливые, // Как дойные коровушки, //
Идут по небесам. // Согнало
снег,
а зелени // Ни травки, ни листа! // Вода не убирается, // Земля не одевается // Зеленым ярким бархатом // И, как мертвец без савана, // Лежит под небом пасмурным // Печальна и нага.
Что ж мой Онегин? Полусонный // В постелю с бала едет он: //
А Петербург неугомонный // Уж барабаном пробужден. // Встает купец,
идет разносчик, // На биржу тянется извозчик, // С кувшином охтенка спешит, // Под ней
снег утренний хрустит. // Проснулся утра шум приятный. // Открыты ставни; трубный дым // Столбом восходит голубым, // И хлебник, немец аккуратный, // В бумажном колпаке, не раз // Уж отворял свой васисдас.
Не торопясь отступала плотная масса рабочих, люди пятились,
шли как-то боком, грозили солдатам кулаками, в руках некоторых все еще трепетали белые платки; тело толпы распадалось, отдельные фигуры, отскакивая с боков ее, бежали прочь, падали на землю и корчились, ползли,
а многие ложились на
снег в позах безнадежно неподвижных.
Из них только один, в каракулевой шапке, прятал бородатое лицо в поднятом воротнике мехового пальто, трое — видимо, рабочие,
а пятый — пожилой человек, бритый, седоусый,
шел сдвинув мохнатую папаху на затылок, открыв высокий лоб, тыкая в
снег суковатой палкой.
«Вероятно, Уповаева хоронят», — сообразил он, свернул в переулок и
пошел куда-то вниз, где переулок замыкала горбатая зеленая крыша церкви с тремя главами над нею. К ней опускались два ряда приземистых, пузатых домиков, накрытых толстыми шапками
снега. Самгин нашел, что они имеют некоторое сходство с людьми в шубах,
а окна и двери домов похожи на карманы. Толстый слой серой, холодной скуки висел над городом. Издали доплывало унылое пение церковного хора.