Артамонов старший тряхнул головою, слова, как мухи, мешали ему думать о чём-то важном; он отошёл в сторону, стал
шагать по тротуару медленнее, пропуская мимо себя поток людей, необыкновенно чёрный в этот день, на пышном, чистом снегу. Люди шли, шли и дышали паром, точно кипящие самовары.
Сидит человек на скамейке на Цветном бульваре и смотрит на улицу, на огромный дом Внукова. Видит, идут по тротуару мимо этого дома человек пять, и вдруг — никого! Куда они девались?.. Смотрит — тротуар пуст… И опять неведомо откуда появляется пьяная толпа, шумит, дерется… И вдруг исчезает снова… Торопливо шагает будочник — и тоже проваливается сквозь землю, а через пять минут опять вырастает из земли и
шагает по тротуару с бутылкой водки в одной руке и со свертком в другой…
И через несколько минут Климков, как маленькая собака, спешно
шагал по тротуару сзади человека в поношенном пальто и измятой чёрной шляпе. Человек был большой, крепкий, он шёл быстро, широко размахивал палкой и крепко стучал ею по асфальту. Из-под шляпы спускались на затылок и уши чёрные с проседью вьющиеся волосы.
Неточные совпадения
— А, понимаю, вы думаете, что я в таком виде! — перебил ее мысли Разумихин, угадав их и
шагая своими огромнейшими шажищами
по тротуару, так что обе дамы едва могли за ним следовать, чего, впрочем, он не замечал.
Петр Степанович вдруг вспомнил, как он еще недавно семенил точно так же
по грязи, чтобы поспеть за Ставрогиным, который, как и он теперь,
шагал посредине, занимая весь
тротуар.
— Вы заранее смеетесь, что увидите «наших»? — весело юлил Петр Степанович, то стараясь
шагать рядом с своим спутником
по узкому кирпичному
тротуару, то сбегая даже на улицу, в самую грязь, потому что спутник совершенно не замечал, что идет один
по самой средине
тротуара, а стало быть, занимает его весь одною своею особой.
Впереди плыла в воздухе ограбленная крышка гроба со смятыми венками, и, качаясь с боку на бок, ехали верхом полицейские. Мать шла
по тротуару, ей не было видно гроба в густой, тесно окружившей его толпе, которая незаметно выросла и заполнила собой всю широту улицы. Сзади толпы тоже возвышались серые фигуры верховых,
по бокам, держа руки на шашках,
шагала пешая полиция, и всюду мелькали знакомые матери острые глаза шпионов, внимательно щупавшие лица людей.
Чувство ожидаемого счастья так овладело моим героем, что он не в состоянии был спокойно досидеть вечер у генеральши и раскланялся. Быстро
шагая, пошел он
по деревянному
тротуару и принялся даже с несвойственною ему веселостью насвистывать какой-то марш, а потом с попавшимся навстречу Румянцовым раскланялся так радушно, что привел того в восторг и в недоумение. Прошел он прямо к Годневым, которых застал за ужином, и как ни старался принять спокойный и равнодушный вид, на лице его было написано удовольствие.