Неточные совпадения
Артамонову послышалось, что Глеб произнёс эти слова так же бессердечно, как говорит дворник Тихон. По бедности своей поп не носил галош, с его
тяжёлых, мужицких сапог натекли лужи талого
снега, он шлёпал подошвами по лужам и всё говорил, жалуясь, но не осуждая...
Через несколько дней, прожитых в
тяжёлом, чадном отупении, он, после бессонной ночи, рано утром вышел на двор и увидал, что цепная собака Тулун лежит на
снегу, в крови; было ещё так сумрачно, что кровь казалась черной, как смола. Он пошевелил ногою мохнатый труп, Тулун тоже пошевелил оскаленной мордой и взглянул выкатившимся глазом на ногу человека. Вздрогнув, Артамонов отворил низенькую дверь сторожки дворника, спросил, стоя на пороге...
По городу пошёл крестный ход. Бородатое купечество, важно и благочестиво утаптывая
тяжёлыми ногами обильно выпавший
снег, тесным стадом быков шагало за кряжистым, золотым духовенством; несло иконы, хоругви; соединённый хор всех церквей города громогласно и внушительно пел...
Неточные совпадения
И вот уже трещат морозы // И серебрятся средь полей… // (Читатель ждет уж рифмы розы; // На, вот возьми ее скорей!) // Опрятней модного паркета // Блистает речка, льдом одета. // Мальчишек радостный народ // Коньками звучно режет лед; // На красных лапках гусь
тяжелый, // Задумав плыть по лону вод, // Ступает бережно на лед, // Скользит и падает; веселый // Мелькает, вьется первый
снег, // Звездами падая на брег.
А в зимний день ходить по высоким сугробам за зайцами, дышать морозным острым воздухом, невольно щуриться от ослепительного мелкого сверканья мягкого
снега, любоваться зеленым цветом неба над красноватым лесом!.. А первые весенние дни, когда кругом все блестит и обрушается, сквозь
тяжелый пар талого
снега уже пахнет согретой землей, на проталинках, под косым лучом солнца, доверчиво поют жаворонки, и, с веселым шумом и ревом, из оврага в овраг клубятся потоки…
Когда Самгин вышел на Красную площадь, на ней было пустынно, как бывает всегда по праздникам. Небо осело низко над Кремлем и рассыпалось
тяжелыми хлопьями
снега. На золотой чалме Ивана Великого
снег не держался. У музея торопливо шевырялась стая голубей свинцового цвета. Трудно было представить, что на этой площади, за час пред текущей минутой, топтались, вторгаясь в Кремль, тысячи рабочих людей, которым, наверное, ничего не известно из истории Кремля, Москвы, России.
Вьюга бушевала все так же яростно, тучи
снега казались
тяжелее, гуще, может быть, потому, что день стал светлее.
Очень многие простуженно кашляли, и
тяжелое шарканье тысяч ног по измятому
снегу странно напоминало звук отхаркивания, влажный хрип чудовищно огромных легких.