Да вот сидит Христос в светлом рае, Во душистой, небесной прохладе, Под высокой, златоцветной липой, Восседает на лыковом престоле. Раздаёт он серебро и злато, Раздаёт драгоценное каменье, Всё богатым людям в награду, За то, что они, богатеи, Бедному люду доброхоты, Бедную братию любят, Нищих, убогих сыто кормят.
Да не обижайтесь вы, вот человек! Ну, ходите. Вы ходите, а он в машине ездит. Вы в одной комнате сидите, пардон-пардон, — может быть, выражение «сидите» неприлично в высшем обществе, — так восседаете, а Гусь в семи! Вы в месяц наколотите, пардон-пардон, наиграете на вашем фортепиано десять червяков, а Гусь две сотни. Кто играет-вы, а Гусь танцует!
Казны я не грабил, инородцев не эксплуатировал, контрабандой не занимался, никого не запорол до смерти, а потому судите: имею ли я право восседать в первом классе, а тем паче причислять себя к российской интеллигенции?