— Спортился главный телеграф у Петербурге. Комета, знаете, ходит там, так вот та комета задела башню, откуда все проволоки, — да вы же знаете телеграф, что мне говорить, вы же
разумная женщина!
Старуха-то, матушка его, я слышала, очень
разумная женщина и, говорят, большая мастерица солить огурцы.
«Может ли быть, — думала она, глядя на поле, засеянное чечевицей, — чтобы добрая,
разумная женщина не сделала его на целый век таким, каким он сидит передо мною? Не может быть этого. — А пьянство?.. Да другие еще более его пьют… И разве женщина, если захочет, не заменит собою вина? Хмель — забвение: около женщины еще легче забываться».
Неточные совпадения
— Учите сеять
разумное, доброе и делаете войну, — кричал с лестницы молодой голос, и откуда-то из глубины дома через головы людей на лестнице изливалось тягучее скорбное пение, напоминая вой деревенских
женщин над умершим.
«Но шли века; моя сестра — ты знаешь ее? — та, которая раньше меня стала являться тебе, делала свое дело. Она была всегда, она была прежде всех, она уж была, как были люди, и всегда работала неутомимо. Тяжел был ее труд, медлен успех, но она работала, работала, и рос успех. Мужчина становился
разумнее,
женщина тверже и тверже сознавала себя равным ему человеком, — и пришло время, родилась я.
— Вот тебе, Дунюшка, и подруги, — молвил Марко Данилыч, весело обращаясь к дочери. — Зиновий Алексеич великий мне приятель. Хозяюшка его, Татьяна Андревна,
женщина стоющая, дочки распрекрасные, скромные,
разумные, меньшая-то ровесница тебе никак будет, а большенькая годом либо двумя постарше… Вот ужо ознакомитесь… Сегодня же надо будет повидаться с ними.
Зиновий Алексеич рос под неусыпными, денно-нощными заботами матери. Отцу некогда было заниматься детьми: то и дело в отлучках бывал. Только у него об них и было заботы, чтоб, возвращаясь из какой-нибудь поездки, привезти гостинцев: из одежи чего-нибудь да игрушек и лакомств. Мать Зиновья Алексеича
женщина была добрая, кроткая, богомольная; всю душу положила она в деток. И вылился в них весь нрав
разумной матери.
— Молись и вместе с тем призови в помощь к молитве разум твой! Сейчас ты очень
разумную вещь сказала, что Углаков тебе не пара и не стоит твоей любви; ты
женщина серьезно-мыслящая, а он — ветреный и увлекающийся мальчишка.