Неточные совпадения
Вотчим смотрел на меня с улыбкой на страшно худом лице; его темные глаза стали еще больше, весь он был
потертый, раздавленный. Я сунул руку
в его тонкие, горячие пальцы.
Он послал меня
в город за полицией, а сам присел на край ямы, опустив
в нее ноги, зябко кутаясь
в потертое пальто. Известив о самоубийстве городового, я быстро прибежал назад, но за это время октавист допил водку покойника и встретил меня, размахивая пустой бутылкой.
По бульвару мимо нас ходила чистая публика: пышные барыни, чиновники, офицеры; дядя был одет
в потертое осеннее пальто, измятый картуз, рыженькие сапоги и ежился, видимо, стесняясь своего костюма. Мы ушли
в один из трактиров Почаинского оврага и заняли место у окна, открытого на рынок.
Неточные совпадения
Помещик с седыми усами был, очевидно, закоренелый крепостник и деревенский старожил, страстный сельский хозяин. Признаки эти Левин видел и
в одежде — старомодном,
потертом сюртуке, видимо непривычном помещику, и
в его умных, нахмуренных глазах, и
в складной русской речи, и
в усвоенном, очевидно, долгим опытом повелительном тоне, и
в решительных движениях больших, красивых, загорелых рук с одним старым обручальным кольцом на безыменке.
Он заглянул — Заметов, тот же самый Заметов и
в том же виде, с перстнями, с цепочками, с пробором
в черных вьющихся и напомаженных волосах,
в щегольском жилете и
в несколько
потертом сюртуке и несвежем белье.
Этот Тимофеич,
потертый и проворный старичок, с выцветшими желтыми волосами, выветренным, красным лицом и крошечными слезинками
в съеженных глазах, неожиданно предстал перед Базаровым
в своей коротенькой чуйке [Чуйка — верхняя одежда, длинный суконный кафтан.] из толстого серо-синеватого сукна, подпоясанный ременным обрывочком и
в дегтярных сапогах.
И только мрачный человек
в потертом пальто и дворянской фуражке не побоялся высказать откровенно свой взгляд: отодвинув Самгина плечом, он встал на его место и сказал басом:
— А то — отвезти
в Ладожско озеро да и потопить, — сказал, окая, человек
в изношенной финской шапке,
в потертой черной кожаной куртке, шапка надвинута на брови, под нею вздулись синеватые щеки, истыканные седой щетиной; преодолевая одышку, человек повторял: