Неточные совпадения
На одной скамье сидела очень старая старуха, в голландском чепце, без оборки, и макала сальные свечки; другая, пожилая женщина, сидела за прялкой;
третья, молодая девушка, с буклями, совершенно белокурая и совершенно белая, цвета топленого молока, с белыми бровями и светло-голубыми, с белизной,
глазами, суетилась по хозяйству.
На
третий день после этого приехали два баниоса: один бывший в прошедший раз, приятель наш Баба-Городзаймон, который уже ознакомился с нами и освоился на фрегате, шутил, звал нас по именам, спрашивал название всего, что попадалось ему в
глаза, и записывал.
Один смотрит, подняв брови, как матросы, купаясь, один за другим бросаются с русленей прямо в море и на несколько мгновений исчезают в воде; другой присел над люком и не сводит
глаз с того, что делается в кают-компании;
третий, сидя на стуле, уставил
глаза в пушку и не может от старости свести губ.
Саброски повесил голову совсем на грудь; другой баниос, подслеповатый, громоздкий старик, с толстым лицом, смотрел осовелыми
глазами на все и по временам зевал;
третий, маленький, совсем исчезал между ними, стараясь подделаться под мину и позу своих соседей.
Третья — писаная, что называется, красавица: румяная, с алым ротиком, в виде сердечка, и ограниченностью в синих
глазах.
Глаз видит далеко: с обеих сторон острова видно море на
третьем плане.
Вид из окошек в самом деле прекрасный: с одной стороны весь залив перед
глазами, с другой — испанский город, с
третьей — леса и деревни.
У одной только и есть, что голова, а рот такой, что комар не пролезет; у другой одно брюхо,
третья вся состоит из спины, четвертая в каких-то шипах, у иной
глаза посреди тела, в равном расстоянии от хвоста и рта; другую примешь с первого взгляда за кожаный портмоне и т. д.
Неточные совпадения
Солнце сквозь окно блистало ему прямо в
глаза, и мухи, которые вчера спали спокойно на стенах и на потолке, все обратились к нему: одна села ему на губу, другая на ухо,
третья норовила как бы усесться на самый
глаз, ту же, которая имела неосторожность подсесть близко к носовой ноздре, он потянул впросонках в самый нос, что заставило его крепко чихнуть, — обстоятельство, бывшее причиною его пробуждения.
Грушницкий целый вечер преследовал княжну, танцевал или с нею, или vis-а-vis; он пожирал ее
глазами, вздыхал и надоедал ей мольбами и упреками. После
третьей кадрили она его уж ненавидела.
Вскоре из кухни торопливо пронес человек, нагибаясь от тяжести, огромный самовар. Начали собираться к чаю: у кого лицо измято и
глаза заплыли слезами; тот належал себе красное пятно на щеке и висках;
третий говорит со сна не своим голосом. Все это сопит, охает, зевает, почесывает голову и разминается, едва приходя в себя.
— Я ничего не подозреваю; я сказала вам вчера, что я чувствую, а что будет через год — не знаю. Да разве после одного счастья бывает другое, потом
третье, такое же? — спрашивала она, глядя на него во все
глаза. — Говорите, вы опытнее меня.
Еще более призадумался Обломов, когда замелькали у него в
глазах пакеты с надписью нужное и весьма нужное, когда его заставляли делать разные справки, выписки, рыться в делах, писать тетради в два пальца толщиной, которые, точно на смех, называли записками; притом всё требовали скоро, все куда-то торопились, ни на чем не останавливались: не успеют спустить с рук одно дело, как уж опять с яростью хватаются за другое, как будто в нем вся сила и есть, и, кончив, забудут его и кидаются на
третье — и конца этому никогда нет!