Неточные совпадения
— «Нет, тут
другая причина, — сказал доктор, — с черными нельзя вместе сидеть: от них пахнет: они мажут
тело растительным маслом, да и испарина у них имеет особенный запах».
Китайцы светлее индийцев, которые все темно-шоколадного цвета, тогда как те просто смуглы; у них
тело почти как у нас, только глаза и волосы совершенно черные. Они тоже ходят полуголые. У многих старческие физиономии, бритые головы, кроме затылка, от которого тянется длинная коса, болтаясь в ногах. Морщины и отсутствие усов и бороды делают их чрезвычайно похожими на старух. Ничего мужественного, бодрого. Лица точно вылиты одно в
другое.
Вон и
другие тоже скучают: Савич не знает, будет ли уголь, позволят ли рубить дрова, пустят ли на берег освежиться людям? Барон насупился, думая, удастся ли ему… хоть увидеть женщин. Он уж глазел на все японские лодки, ища между этими голыми
телами не такое красное и жесткое, как у гребцов. Косы и кофты мужчин вводили его иногда в печальное заблуждение…
Назначать время свидания предоставлено было адмиралу. Один раз он назначил чрез два дня, но, к удивлению нашему, японцы просили назначить раньше, то есть на
другой день. Дело в том, что Кавадзи хотелось в Едо, к своей супруге, и он торопил переговорами. «
Тело здесь, а душа в Едо», — говорил он не раз.
У одной только и есть, что голова, а рот такой, что комар не пролезет; у
другой одно брюхо, третья вся состоит из спины, четвертая в каких-то шипах, у иной глаза посреди
тела, в равном расстоянии от хвоста и рта;
другую примешь с первого взгляда за кожаный портмоне и т. д.
Неточные совпадения
— Оттого, что
тело у него, изволите видеть, побелей, чем у
других, и дородство почтительное, как у барина.
Другие же, которые были посвежее, стали прибирать
тела и отдавать им последнюю почесть.
На
другой стороне, почти к боковым воротам, стоял
другой полковник, небольшой человек, весь высохший; но малые зоркие очи глядели живо из-под густо наросших бровей, и оборачивался он скоро на все стороны, указывая бойко тонкою, сухою рукою своею, раздавая приказанья, видно было, что, несмотря на малое
тело свое, знал он хорошо ратную науку.
С крыши
другого дома висело вниз на веревочной петле вытянувшееся, иссохшее
тело.
Фамилию его называли тоже различно: одни говорили, что он Иванов,
другие звали Васильевым или Андреевым, третьи думали, что он Алексеев. Постороннему, который увидит его в первый раз, скажут имя его — тот забудет сейчас, и лицо забудет; что он скажет — не заметит. Присутствие его ничего не придаст обществу, так же как отсутствие ничего не отнимет от него. Остроумия, оригинальности и
других особенностей, как особых примет на
теле, в его уме нет.