Неточные совпадения
Одна старушка все грустно качала головой, глядя на меня, и упрашивала ехать «лучше сухим
путем кругом света».
Один из новейших путешественников, Бельчер, кажется, первый заметил, что нет причины держаться ближе Америки, особенно когда идут к мысу Доброй Надежды или в Австралию, что это удлиняет только
путь, тем более что зюйд-остовый пассат и без того относит суда далеко к Америке и заставляет делать значительный угол.
Остальная половина дороги, начиная от гостиницы, совершенно изменяется: утесы отступают в сторону, мили на три от берега, и
путь, веселый, оживленный, тянется между рядами дач,
одна другой красивее. Въезжаешь в аллею из кедровых, дубовых деревьев и тополей: местами деревья образуют непроницаемый свод; кое-где другие аллеи бегут в сторону от главной, к дачам и к фермам, а потом к Винбергу, маленькому городку, который виден с дороги.
Провиант и прочее доставлялось до сих пор на место военных действий сухим
путем, и плата за
один только провоз составляла около 170 000 фунт. ст. в год, между тем как все припасы могли быть доставляемы морем до самого устья Буйволовой реки, что наконец и приведено в исполнение, и Берклей у этого устья расположил свою главную квартиру.
Видим: в
одном месте из травы валит, как из миски с супом, густой пар и стелется по долине, обозначая
путь ключа.
На возвратном
пути опять над нами сияла картина ночного неба: с
одной стороны Медведица, с другой — Южный Крест, далее Канопус, Центавры, наконец, могучий небесный странник Юпитер лили потоки лучей, а за ними, как розово-палевое зарево, сиял блеск Млечного
Пути.
Было свежо, катера делали длинные и короткие галсы, вдруг поворачивали, лавировали и обрезали
один другого, то есть пересекали, гоняясь, друг другу
путь.
Они начали с того, что «так как адмирал не соглашается остаться, то губернатор не решается удерживать его, но он предлагает ему на рассуждение
одно обстоятельство, чтоб адмирал поступил сообразно этому, именно: губернатору известно наверное, что дней чрез десять, и никак не более одиннадцати, а может быть и чрез семь, придет ответ, который почему-то замедлился в
пути».
Долго не подозревали, откуда они берут военные припасы; да однажды, на
пути от
одного из портов, взорвало несколько ящиков с порохом, который везли вместе с прочими товарами к кафрам — с английских же судов!
Настала наконец самая любопытная эпоха нашего пребывания в Японии: завязывается
путем дело, за которым прибыли, в
одно время, экспедиции от двух государств.
Хотел ли он подарка себе или кому другому — не похоже, кажется; но он говорил о злоупотреблениях да тут же кстати и о строгости. Между прочим, смысл
одной фразы был тот, что официально, обыкновенным
путем, через начальство, трудно сделать что-нибудь, что надо «просто прийти», так все и получишь за ту же самую цену. «Je vous parle franchement, vous comprenez?» — заключил он.
Но путешествие идет к концу: чувствую потребность от дальнего плавания полечиться — берегом. Еще несколько времени, неделя-другая, — и я ступлю на отечественный берег. Dahin! dahin! Но с вами увижусь нескоро: мне лежит
путь через Сибирь,
путь широкий, безопасный, удобный, но долгий, долгий! И притом Сибирь гостеприимна, Сибирь замечательна: можно ли проехать ее на курьерских, зажмуря глаза и уши? Предвижу, что мне придется писать вам не
один раз и оттуда.
«Сохрани вас Боже! — закричал
один бывалый человек, — жизнь проклянете! Я десять раз ездил по этой дороге и знаю этот
путь как свои пять пальцев. И полверсты не проедете, бросите. Вообразите, грязь, брод; передняя лошадь ушла по пояс в воду, а задняя еще не сошла с пригорка, или наоборот. Не то так передняя вскакивает на мост, а задняя задерживает: вы-то в каком положении в это время? Между тем придется ехать по ущельям, по лесу, по тропинкам, где качка не пройдет. Мученье!»
Все жители Аяна столпились около нас: все благословляли в
путь. Ч. и Ф., без сюртуков, пошли пешком проводить нас с версту. На
одном повороте за скалу Ч. сказал: «Поглядите на море: вы больше его не увидите». Я быстро оглянулся, с благодарностью, с любовью, почти со слезами. Оно было сине, ярко сверкало на солнце серебристой чешуей. Еще минута — и скала загородила его. «Прощай, свободная стихия! в последний раз…»
Я писал вам, что упавшая у нас на Джукджуре, или Зукзуре, якутском или тунгусском Монблане,
одной из гор Станового хребта, вьючная лошадь перебила наш запас вина (так нам донесли наши люди), и мы совершили
путь этот, по образу древних, очень патриархально, довольствуясь водой.
Один определил склонение магнитной стрелки, тот ходил отыскивать ближайший
путь в другое полушарие, а иные, не найдя ничего, просто замерзли.
Я не заставил повторять себе этого приглашения и ни
одну бумагу в качестве секретаря не писал так усердно, как предписание себе самому, от имени адмирала, «следовать до С.-Петербурга, и чтобы мне везде чинили свободный пропуск и оказываемо было в
пути, со стороны начальствующих лиц, всякое содействие» и т. д.
Во время этих хлопот разоружения, перехода с «Паллады» на «Диану», смены
одной команды другою, отправления сверхкомплектных офицеров и матросов сухим
путем в Россию я и выпросился домой. Это было в начале августа 1854 года.
Неточные совпадения
Татьяна долго в келье модной // Как очарована стоит. // Но поздно. Ветер встал холодный. // Темно в долине. Роща спит // Над отуманенной рекою; // Луна сокрылась за горою, // И пилигримке молодой // Пора, давно пора домой. // И Таня, скрыв свое волненье, // Не без того, чтоб не вздохнуть, // Пускается в обратный
путь. // Но прежде просит позволенья // Пустынный замок навещать, // Чтоб книжки здесь
одной читать.
Он поспешно огляделся, он искал чего-то. Ему хотелось сесть, и он искал скамейку; проходил же он тогда по К—му бульвару. Скамейка виднелась впереди, шагах во ста. Он пошел сколько мог поскорее; но на
пути случилось с ним
одно маленькое приключение, которое на несколько минут привлекло к себе все его внимание.
— Да, мошенник какой-то! Он и векселя тоже скупает. Промышленник. Да черт с ним! Я ведь на что злюсь-то, понимаешь ты это? На рутину их дряхлую, пошлейшую, закорузлую злюсь… А тут, в
одном этом деле, целый новый
путь открыть можно. По
одним психологическим только данным можно показать, как на истинный след попадать должно. «У нас есть, дескать, факты!» Да ведь факты не всё; по крайней мере половина дела в том, как с фактами обращаться умеешь!
У них не человечество, развившись историческим, живым
путем до конца, само собою обратится, наконец, в нормальное общество, а, напротив, социальная система, выйдя из какой-нибудь математической головы, тотчас же и устроит все человечество и в
один миг сделает его праведным и безгрешным, раньше всякого живого процесса, без всякого исторического и живого
пути!
По-моему, если бы Кеплеровы и Ньютоновы открытия, вследствие каких-нибудь комбинаций, никоим образом не могли бы стать известными людям иначе как с пожертвованием жизни
одного, десяти, ста и так далее человек, мешавших бы этому открытию или ставших бы на
пути как препятствие, то Ньютон имел бы право, и даже был бы обязан… устранить этих десять или сто человек, чтобы сделать известными свои открытия всему человечеству.