Опять появились слуги: каждый нес лакированную деревянную подставку, с трубкой, табаком, маленькой глиняной жаровней, с горячими углями и пепельницей, и тем же порядком
ставили перед нами. С этим еще было труднее возиться. Японцам хорошо, сидя на полу и в просторном платье, проделывать все эти штуки: набивать трубку, закуривать углем, вытряхивать пепел; а нам каково со стула? Я опять вспомнил угощенье Лисицы и Журавля.
Живут они патриархально, толпой выходят навстречу путешественникам, берут за руки, ведут в домы и с земными поклонами
ставят перед ними избытки своих полей и садов…
Неточные совпадения
Португальцы
поставили носилки на траву. «Bella vischta, signor!» — сказали они. В самом деле, прекрасный вид! Описывать его смешно. Уж лучше снять фотографию: та, по крайней мере,
передаст все подробности. Мы были на одном из уступов горы, на половине ее высоты… и того нет: под ногами нашими целое море зелени, внизу город, точно игрушка; там чуть-чуть видно, как ползают люди и животные, а дальше вовсе не игрушка — океан; на рейде опять игрушки — корабли, в том числе и наш.
Они
поставили подносы, вышли на минуту, потом вошли и унесли их:
перед нами остались пустые, ничем не накрытые столы, сделанные, нарочно для нас, из кедрового дерева.
Слуги между тем продолжали
ставить перед каждым гостем красные лакированные подставки, величиной со скамеечки, что дамы
ставят у нас под ноги.
Слуга подходил, ловко и мерно поднимал подставку, в знак почтения, наравне с головой, падал на колени и с ловким, мерным движением
ставил тихонько
перед гостем.
Потом мы, подражая тоже их обычаю,
поставили перед каждым полномочным по ящику конфект.
После
поставили перед каждым из нас по подставке, на которой лежали куски материи, еще подарки от сиогуна.
Я с удовольствием наблюдал за ними обоими, прячась в тени своего угла. Вдруг отворилась дверь и вошел якут с дымящеюся кастрюлей, которую
поставил перед стариком. Оказалось, что смотритель ждал не нашего ужина. В то же мгновение Тимофей с торжественной радостью
поставил передо мной рябчика. Об угощении и помину не было.
И когда совсем готовый, населенный и просвещенный край, некогда темный, неизвестный, предстанет
перед изумленным человечеством, требуя себе имени и прав, пусть тогда допрашивается история о тех, кто воздвиг это здание, и так же не допытается, как не допыталась, кто
поставил пирамиды в пустыне.
Ухватливый и ловкий детина лет семнадцати, в красивой рубашке розовой ксандрейки, принес и
поставил перед ними графины с водой и разноцветными квасами всех сортов, шипевшими, как газовые лимонады.
Через минуту в кош вошел Половодов. Он с минуту стоял в дверях, отыскивая глазами сидевшую неподвижно девушку, потом подошел к ней, молча поцеловал бледную руку и молча
поставил перед ней на маленькую скамеечку большое яйцо из голубого атласа на серебряных ножках.
Неточные совпадения
В конюшню плут преступника // Привел,
перед крестьянином //
Поставил штоф вина: // «Пей да кричи: помилуйте!
В полдень
поставили столы и стали обедать; но бригадир был так неосторожен, что еще
перед закуской пропустил три чарки очищенной. Глаза его вдруг сделались неподвижными и стали смотреть в одно место. Затем, съевши первую перемену (были щи с солониной), он опять выпил два стакана и начал говорить, что ему нужно бежать.
— Я только бы одно условие
поставил, — продолжал князь. — Alphonse Karr прекрасно это писал
перед войной с Пруссией. «Вы считаете, что война необходима? Прекрасно. Кто проповедует войну, — в особый, передовой легион и на штурм, в атаку, впереди всех!»
«Да нынче что? Четвертый абонемент… Егор с женою там и мать, вероятно. Это значит — весь Петербург там. Теперь она вошла, сняла шубку и вышла на свет. Тушкевич, Яшвин, княжна Варвара… — представлял он себе — Что ж я-то? Или я боюсь или
передал покровительство над ней Тушкевичу? Как ни смотри — глупо, глупо… И зачем она
ставит меня в это положение?» сказал он, махнув рукой.
Между тем чай поспел; я вытащил из чемодана два походных стаканчика, налил и
поставил один
перед ним.