Неточные совпадения
Я
шел по горе; под портиками, между фестонами виноградной зелени, мелькал тот же образ; холодным и строгим взглядом следил он, как толпы смуглых жителей юга добывали, обливаясь потом, драгоценный сок своей почвы, как катили бочки к берегу и усылали вдаль,
получая за это от повелителей право есть хлеб своей земли.
Дня через три приехали опять гокейнсы, то есть один Баба и другой, по обыкновению новый, смотреть фрегат. Они пожелали видеть адмирала, объявив, что привезли ответ губернатора на письма от адмирала и из Петербурга. Баниосы передали, что его превосходительство «увидел письмо с удовольствием и хорошо понял» и что постарается все исполнить. Принять адмирала он, без позволения, не смеет, но что
послал уже курьера в Едо и ответ надеется
получить скоро.
В ответ на это японцы запели свою песню, то есть что надо
послать в Едо, в верховный совет, тот доложит сиогуну, сиогун микадо, и поэтому ответа скоро
получить — унмоглик! невозможно.
Он ужасно встревожился, опасаясь, вероятно, не за подкреплением ли
идут суда, и поспешно прислал сказать, чтобы мы не
посылали транспорта, что свежую провизию мы можем покупать от голландцев, а они будут
получать от японцев.
Вдруг, когда он стал объяснять, почему скоро нельзя
получить ответа из Едо, приводя, между причинами, расстояние, адмирал сделал ему самый простой и естественный вопрос: «А если мы сами
пойдем в Едо морем на своих судах: дело значительно ускорится?
Транспорт «Князь Меншиков» и корвет «Оливуца»
получили приказание
идти вперед, а шкуна «Восток» послана осмотреть и, по возможности, описать островок, открытый лейтенантом Панафидиным под 25° ‹северной› широты.
Неточные совпадения
Цитует немедленно тех и других древних писателей и чуть только видит какой-нибудь намек или просто показалось ему намеком, уж он
получает рысь и бодрится, разговаривает с древними писателями запросто, задает им запросы и сам даже отвечает на них, позабывая вовсе о том, что начал робким предположением; ему уже кажется, что он это видит, что это ясно, — и рассуждение заключено словами: «так это вот как было, так вот какой народ нужно разуметь, так вот с какой точки нужно смотреть на предмет!» Потом во всеуслышанье с кафедры, — и новооткрытая истина
пошла гулять по свету, набирая себе последователей и поклонников.
Разговор сначала не клеился, но после дело
пошло, и он начал даже
получать форс, но… здесь, к величайшему прискорбию, надобно заметить, что люди степенные и занимающие важные должности как-то немного тяжеловаты в разговорах с дамами; на это мастера господа поручики и никак не далее капитанских чинов.
Кончил бы все наконец,
пошел, двери бы отворил — да нет, извините, опять воротился, спросить о чем-нибудь, объяснение какое-нибудь
получить, — вот я бы как сделал!
Однажды в Париже Штольц
шел по бульвару и рассеянно перебегал глазами по прохожим, по вывескам магазинов, не останавливая глаз ни на чем. Он долго не
получал писем из России, ни из Киева, ни из Одессы, ни из Петербурга. Ему было скучно, и он отнес еще три письма на почту и возвращался домой.
— Ну, ну, отстань! Сказал — завтра, так завтра и
получишь.
Иди к себе, а я займусь: у меня поважнее есть забота.