Жаль, что отдаленность и глушь края мешают обратить на это внимание: кости здесь
очень много, якутов еще больше, так что наши столики были бы заставлены безделками из этого красивого материала.
Неточные совпадения
В домах жалюзи наглухо опущены от жара; домы
очень просты, в два этажа и в один;
многие окружены каменным забором.
Я хотел ехать в Австралию, в Сидней, но туда стало
много ездить эмигрантов и места на порядочных судах
очень дороги.
Если природа не
очень разнообразила путь наш, то живая и пестрая толпа прохожих и проезжих всех племен, цветов и состояний дополняла картину, в которой без этого оставалось
много пустого места.
Он
очень мил; у него
много природного юмора, и он мастерски владеет шуткой.
Этот Нарабайоси 2-й
очень скромен, задумчив; у него нет столбняка в лице и манерах, какой заметен у некоторых из японцев, нет также самоуверенности
многих, которые совершенно довольны своею участью и ни о чем больше не думают.
С баниосами были переводчики Льода и Cьоза. Я вслушивался в японский язык и нашел, что он
очень звучен. В нем гласные преобладают, особенно в окончаниях. Нет ничего грубого, гортанного, как в прочих восточных языках. А баниосы сказали, что русский язык похож будто на китайский, — спасибо! Мы заказали привезти
много вещей, вееров, лакированных ящиков и тому подобного. Не знаем, привезут ли.
Четвертый — средних лет: у этого было
очень обыкновенное лицо, каких
много, не выражающее ничего, как лопата.
Многие подарки были
очень замечательны, одни по изяществу, другие по редкости у нас.
Много очень высоких и хорошо сложенных мужчин.
Также
много деревянных фигур, работы
очень грубой.
После обедни мы отправились в цирк смотреть петуший бой. Нам взялся показать его француз Рl., живший в трактире,
очень любезный и обязательный человек. Мы заехали за ним в отель. Цирков
много. Мы отправились сначала в предместье Бинондо, но там не было никого, не знаю почему; мы — в другой, в предместье Тондо. С полчаса колесили мы по городу и наконец приехали в предместье. Оно все застроено избушками на курьих ножках и заселено тагалами.
Инсургенты уже идут тучей восстановлять старую, законную династию, называют себя христианами,
очень сомнительными, конечно, какими-то эклектиками; но наконец поняли они, что успех возможен для них не иначе как под знаменем христианской цивилизации, — и то
много значит.
«Извольте видеть, доложу вам, — начал он, — сей год вода-то
очень низка: оттого
много островов и мелей; где прежде прямиком ехали, тут едут между островами».
К Иркутску все живее:
много попадается возов; села большие, многолюдные; станционные домы чище. Крестьянские избы
очень хорошие, во
многих местах с иголочки.
Я думал уж о форме плана // И как героя назову; // Покамест моего романа // Я кончил первую главу; // Пересмотрел всё это строго; // Противоречий
очень много, // Но их исправить не хочу; // Цензуре долг свой заплачу // И журналистам на съеденье // Плоды трудов моих отдам; // Иди же к невским берегам, // Новорожденное творенье, // И заслужи мне славы дань: // Кривые толки, шум и брань!
— Здесь он еще что-то хотел выразить, но, заметивши, что несколько зарапортовался, ковырнул только рукою в воздухе и продолжал: — Тогда, конечно, деревня и уединение имели бы
очень много приятностей.
Наполеон его ужасно увлек, то есть собственно увлекло его то, что
очень многие гениальные люди на единичное зло не смотрели, а шагали через, не задумываясь.
Неточные совпадения
Но дружбы нет и той меж нами. // Все предрассудки истребя, // Мы почитаем всех нулями, // А единицами — себя. // Мы все глядим в Наполеоны; // Двуногих тварей миллионы // Для нас орудие одно, // Нам чувство дико и смешно. // Сноснее
многих был Евгений; // Хоть он людей, конечно, знал // И вообще их презирал, — // Но (правил нет без исключений) // Иных он
очень отличал // И вчуже чувство уважал.
Приятной даме
очень хотелось выведать дальнейшие подробности насчет похищения, то есть в котором часу и прочее, но
многого захотела.
Гораздо легче изображать характеры большого размера: там просто бросай краски со всей руки на полотно, черные палящие глаза, нависшие брови, перерезанный морщиною лоб, перекинутый через плечо черный или алый, как огонь, плащ — и портрет готов; но вот эти все господа, которых
много на свете, которые с вида
очень похожи между собою, а между тем как приглядишься, увидишь
много самых неуловимых особенностей, — эти господа страшно трудны для портретов.
— Ваше сиятельство, ей-богу, этак нельзя называть, тем более что из <них> есть
многие весьма достойные. Затруднительны положенья человека, ваше сиятельство,
очень,
очень затруднительны. Бывает так, что, кажется, кругом виноват человек: а как войдешь — даже и не он.
Чтоб это сколько-нибудь изъяснить, следовало бы сказать
многое о самих дамах, об их обществе, описать, как говорится, живыми красками их душевные качества; но для автора это
очень трудно.