Неточные совпадения
Пожалуй, без приготовления, да еще без воображения, без наблюдательности, без идеи, путешествие, конечно, только забава. Но счастлив, кто может и забавляться такою благородною забавой, в которой нехотя чему-нибудь да
научишься! Вот Regent-street, Oxford-street, Trafalgar-place — не живые ли это черты чужой физиономии, на которой движется современная жизнь, и не звучит ли в именах память прошедшего, повествуя на каждом шагу, как слагалась эта жизнь? Что в этой жизни схожего и что несхожего с нашей?..
А, уж конечно, они убедились, особенно в новое время, что если б пустить иностранцев, так от них многому бы можно
научиться: жить получше, быть посведущее во всем, сильнее, богаче.
Он
научился у голландцев, из которых некоторые знают английский язык.
— Записан! А мне какое дело, что он записан? Петруша в Петербург не поедет. Чему
научится он, служа в Петербурге? мотать да повесничать? Нет, пускай послужит он в армии, да потянет лямку, да понюхает пороху, да будет солдат, а не шаматон. [Шаматон (разг., устар.) — гуляка, шалопай, бездельник.] Записан в гвардии! Где его пашпорт? подай его сюда.
Но и тебе, мой Алеша, я должна сказать:
научись ты, ради бога, обуздывать свой неуемный татарский нрав.
Неточные совпадения
Он был по службе меня моложе, сын случайного отца, воспитан в большом свете и имел особливый случай
научиться тому, что в наше воспитание еще и не входило.
Предводитель упал в обморок и вытерпел горячку, но ничего не забыл и ничему не
научился. Произошло несколько сцен, почти неприличных. Предводитель юлил, кружился и наконец, очутившись однажды с Прыщом глаз на глаз, решился.
Как бы я желала это знать и
научиться от нее этому», вглядываясь в это спокойное лицо, думала Кити.
— Тебе бы так мучительно было одному, — сказала она и, подняв высоко руки, которые закрывали ее покрасневшие от удовольствия щеки, свернула на затылке косы и зашпилила их. — Нет, — продолжала она, — она не знала… Я, к счастию,
научилась многому в Содене.
Блестящие нежностью и весельем глаза Сережи потухли и опустились под взглядом отца. Это был тот самый, давно знакомый тон, с которым отец всегда относился к нему и к которому Сережа
научился уже подделываться. Отец всегда говорил с ним — так чувствовал Сережа — как будто он обращался к какому-то воображаемому им мальчику, одному из таких, какие бывают в книжках, но совсем не похожему на Сережу. И Сережа всегда с отцом старался притвориться этим самым книжным мальчиком.