Неточные совпадения
Мы засыпали ее вопросами, но она или не говорила, или не понимала, или, наконец, в Порто-Прайя под
именем французского разумеют совсем
другой язык.
Вероятно, эти деревья ровесники местечку, а оно старше почти всех
других в колонии: оно основано двести лет назад и названо в честь тогдашнего губернатора, по
имени Стеллен, и жены его, урожденной Бош.
Один бойко произнес
имя Дольф,
другой — Дай.
На
другой день утром мы ушли, не видав ни одного европейца, которых всего трое в Анжере. Мы плыли дальше по проливу между влажными, цветущими берегами Явы и Суматры. Местами, на гладком зеркале пролива, лежали, как корзинки с зеленью, маленькие островки, означенные только на морских картах под
именем Двух братьев, Трех сестер. Кое-где были отдельно брошенные каменья, без
имени, и те обросли густою зеленью.
Впрочем, у них
имя государя действительно почти тайна, или по крайней мере они, из благоговения, не произносят его; по смерти его ему дают
другое имя.
Мне называли
имя английского богача, который пожертвовал вместе с
другими огромные суммы на эти издания.
В этом предстояло немалое затруднение: всех главных лиц мы знали по
имени, а прочих нет; их помнили только в лицо; оттого в списке у нас они значились под
именами: косого, тощего, рябого, колченогого, а
другие носили название некоторых наших земляков, на которых походили.
В гостиницу пришли обедать Кармена, Абелло, адъютант губернатора и много
других. Абелло, от
имени своей матери, изъявил сожаление, что она, по незнанию никакого
другого языка, кроме испанского, не могла принять нас как следует. Он сказал, что она ожидает нас опять, просит считать ее дом своим и т. д.
Утром уже на
другой день, 11-го марта, мы вошли в бухту Пио-Квинто северным входом и стали за островком того же
имени, защищающим рейд.
Не указываю вам
других авторитетов, важнее, например, книги барона Врангеля: вы давным-давно знаете ее; прибавлю только, что
имя этого писателя и путешественника живо сохраняется в памяти сибиряков, а книгу его непременно найдете в Сибири у всех образованных людей.
Вскоре, может быть, загремят
имена местечек и городков, теперь едва известных по
имени: Олекминска, Витима и
других.
Рядом с красотой — видел ваши заблуждения, страсти, падения, падал сам, увлекаясь вами, и вставал опять и все звал вас, на высокую гору, искушая — не дьявольской заманкой, не царством суеты, звал
именем другой силы на путь совершенствования самих себя, а с собой и нас: детей, отцов, братьев, мужей и… друзей ваших!
Романская мысль, религиозная в самом отрицании, суеверная в сомнении, отвергающая одни авторитеты во
имя других, редко погружалась далее, глубже in medias res [В самую сущность (лат.).] действительности, редко так диалектически смело и верно снимала с себя все путы, как в этой книге.
Мораль христианская тоже лежит по ту сторону противоположения альтруизма и эгоизма, ибо даже отношения людей она выводит из отношения человека к Богу: не во имя свое и не во
имя другого, а во имя Бога и божественной ценности.
Несколько речек, большей или меньшей величины, постепенно впадают одна в другую. Обильнейшая водою по праву, а счастливейшая иногда без всякого права, поглощая в себе
имена других, удерживает свое собственное и продолжает течение уже многоводною и сильною рекою. Густая, разнообразная и обширная урема почти обыкновенно разрастается на ее берегах.
Неточные совпадения
Особенно поразил его какой-то Петр Савельев Неуважай-Корыто, так что он не мог не сказать: «Экой длинный!»
Другой имел прицепленный к
имени «Коровий кирпич», иной оказался просто: Колесо Иван.
Но хуже всего было то, что потерялось уваженье к начальству и власти: стали насмехаться и над наставниками, и над преподавателями, директора стали называть Федькой, Булкой и
другими разными
именами; завелись такие дела, что нужно было многих выключить и выгнать.
Сперва ученый подъезжает в них необыкновенным подлецом, начинает робко, умеренно, начинает самым смиренным запросом: не оттуда ли? не из того ли угла получила
имя такая-то страна? или: не принадлежит ли этот документ к
другому, позднейшему времени? или: не нужно ли под этим народом разуметь вот какой народ?
У тоненького в три года не остается ни одной души, не заложенной в ломбард; у толстого спокойно, глядь — и явился где-нибудь в конце города дом, купленный на
имя жены, потом в
другом конце
другой дом, потом близ города деревенька, потом и село со всеми угодьями.
Потом пили какой-то бальзам, носивший такое
имя, которое даже трудно было припомнить, да и сам хозяин в
другой раз назвал его уже
другим именем.