Неточные совпадения
Из этого видно, что у всех, кто не бывал на море, были еще
в памяти старые романы Купера или рассказы Мариета о море и моряках, о
капитанах, которые чуть не сажали на цепь пассажиров, могли жечь и вешать подчиненных, о кораблекрушениях, землетрясениях.
Португальцы с выражением глубокого участия сказывали, что принцесса — «sick, very sick (очень плоха)» и сильно страдает. Она живет на самом берегу,
в красивом доме, который занимал некогда блаженной
памяти его императорское высочество герцог Лейхтенбергский.
Капитан над портом, при посещении нашего судна, просил не салютовать флагу, потому что пушечные выстрелы могли бы потревожить больную.
Наконец последний эпизод в Польше, еще свежий
в памяти капитана, который он рассказывал с быстрыми жестами и разгоревшимся лицом, состоял в том, что он спас жизнь одному поляку (вообще в рассказах капитана эпизод спасения жизни встречался беспрестанно) и поляк этот вверил ему свою обворожительную жену (Parisienne de coeur) [парижанку сердцем] в то время, как сам поступил во французскую службу.
Неточные совпадения
Эпизод этот залег
в моей
памяти каким-то странным противоречием, и порой, глядя, как
капитан развивает перед Каролем какой-нибудь новый план, а тот слушает внимательно и спокойно, — я спрашивал себя: помнит ли Кароль, или забыл? И если помнит, то винит ли
капитана? Или себя? Или никого не винит, а просто носит
в душе беспредметную горечь и злобу? Ничего нельзя было сказать, глядя на суховатое морщинистое лицо, с колючей искоркой
в глазах и с тонкими губами, сжатыми, точно от ощущения уксуса и желчи…
После того как Сениэль разорился и остался только один платеж, по которому заплатить было нечем, Гез предложил Сениэлю спасти тщательно хранимое, как
память о жене, судно, которое она очень любила и не раз путешествовала на нем, — фиктивной передачей его
в собственность
капитану.
Нижне-Озерная находится
в 19 верстах от Рассыпной и
в 82 от Оренбурга. Она выстроена на высоком берегу Яика. —
Память капитана Сурина сохранилась
в солдатской песне:
А штабс-капитан окончательно на молоко перешел. Даже хромого скворца, который по старой
памяти в руку клювом долбил, пьяного хлеба требовал, — от этого занятия отучил. Спасибо малиновому бесу…
Других бы выселили давным-давно, но еще жило
в памяти Старшего приятное воспоминание о тех днях, когда старушка Филатова вместе с мужем,
капитаном в отставке, и с внучкой Верой занимали квартиру № 45,
в четыре большие комнаты с двумя ходами, и тогда на долю Старшего выпадало немало полтинников на чаи.