Неточные совпадения
А живучи вместе, живут потом привычкой, которая, скажу тебе на ухо, сильнее всякой
любви: недаром
называют ее второй натурой; иначе бы люди не перестали терзаться всю жизнь в разлуке или по смерти любимого предмета, а ведь утешаются.
— О, не говорите мне, ma tante, — возражал он, — я не хочу позорить святого имени
любви,
называя так наши отношения с этой…
Пять лет провела она в этом скучном сне, как она
называла замужество без
любви, и вдруг явились свобода и
любовь.
Сумасшедшие! беспрерывно ссорятся, дуются друг на друга, ревнуют, потом мирятся на минуту, чтоб сильнее поссориться: это у них
любовь, преданность! а всё вместе, с пеной на устах, иногда со слезами отчаяния на глазах, упрямо
называют счастьем!
— Да; но вы не дали мне обмануться: я бы видел в измене Наденьки несчастную случайность и ожидал бы до тех пор, когда уж не нужно было бы
любви, а вы сейчас подоспели с теорией и показали мне, что это общий порядок, — и я, в двадцать пять лет, потерял доверенность к счастью и к жизни и состарелся душой. Дружбу вы отвергали,
называли и ее привычкой;
называли себя, и то, вероятно, шутя, лучшим моим другом, потому разве, что успели доказать, что дружбы нет.
Во всяком случае, традиционное христианское учение о любви, если только это можно
называть любовью, было исключительно учением о родовой, рождающей любви.
Владимир Игнатьевич Неелов был очень доволен, свалив со своих плеч «обузу», как он
называл Любовь Аркадьевну, и окунулся с головой в вихрь московских удовольствий.
Есть существо, без которого не было бы ни неба, ни земли. Существо это спокойно, бестелесно, свойства его
называют любовью, разумом, но само существо не имеет имени. Оно самое отдаленное и самое близкое.
Неточные совпадения
Но для
любви нужно что-то такое, иногда пустяки, чего ни определить, ни
назвать нельзя и чего нет в моем несравненном, но неповоротливом Илье.
— Вот вы о старом халате! — сказал он. — Я жду, душа замерла у меня от нетерпения слышать, как из сердца у вас порывается чувство, каким именем
назовете вы эти порывы, а вы… Бог с вами, Ольга! Да, я влюблен в вас и говорю, что без этого нет и прямой
любви: ни в отца, ни в мать, ни в няньку не влюбляются, а любят их…
Хотя
любовь и
называют чувством капризным, безотчетным, рождающимся, как болезнь, однако ж и она, как все, имеет свои законы и причины.
Переводчик, следуя автору, говоря о
любви,
назвал ее лукавым богом.
И она с отвращением вспомнила про то, что
называла той
любовью.