Неточные совпадения
Юлии Павловне было двадцать три, двадцать четыре года. Петр Иваныч угадал: она в самом деле была слабонервна, но это не мешало ей быть вместе очень хорошенькой, умной и грациозной женщиной. Только она была робка, мечтательна, чувствительна, как бо́льшая часть нервных женщин. Черты
лица нежные, тонкие, взгляд
кроткий и всегда задумчивый, частию грустный — без причины или, если хотите, по причине нерв.
Она взяла его за руку и — опять полилась нежная, пламенная речь, мольбы, слезы. Он ни взглядом, ни словом, ни движением не обнаружил сочувствия, — стоял точно деревянный, переминаясь с ноги на ногу. Его хладнокровие вывело ее из себя. Посыпались угрозы и упреки. Кто бы узнал в ней
кроткую, слабонервную женщину? Локоны у ней распустились, глаза горели лихорадочным блеском, щеки пылали, черты
лица странно разложились. «Как она нехороша!» — думал Александр, глядя на нее с гримасой.
— Вот то-то и беда! ваше ангельское, доброе
лицо, ma tante,
кроткие речи, дружеское пожатие руки — все это смущает и трогает меня: мне хочется плакать, хочется опять жить, томиться… а зачем?
Теперь у него в комнатах светится огонь, и, подойдя к окну, Ромашов увидел самого Зегржта. Он сидел у круглого стола под висячей лампой и, низко наклонив свою плешивую голову с измызганным, морщинистым и
кротким лицом, вышивал красной бумагой какую-то полотняную вставку — должно быть, грудь для малороссийской рубашки. Ромашов побарабанил в стекло. Зегржт вздрогнул, отложил работу в сторону и подошел к окну.
Глядя на его
кроткое лицо, можно было подумать, что из него разовьется одно из милых германских существований, — существований тихих, благородных, счастливых в немножко ограниченной, но чрезвычайно трудолюбивой ученопедагогической деятельности, в немножко ограниченном семейном кругу, в котором через двадцать лет муж еще влюблен в жену, а жена еще краснеет от каждой двусмысленной шутки; это существования маленьких патриархальных городков в Германии, пасторских домиков, семинарских учителей, чистые, нравственные и незаметные вне своего круга…
Опричник, казалось, не гордился своею победой.
Кроткое лицо его являло отпечаток глубокой грусти. Уверившись, что медведь не сломал князя, и не дожидаясь спасиба, он хотел отойти.
Неточные совпадения
— Да, смуглая такая, точно солдат переряженный, но знаешь, совсем не урод. У нее такое доброе
лицо и глаза. Очень даже. Доказательство — многим нравится. Тихая такая,
кроткая, безответная, согласная, на все согласная. А улыбка у ней даже очень хороша.
Она мгновенно подалась на шаг назад; торжественное сияние, краски слетели с
лица;
кроткие глаза заблистали грозой.
Ольга засмеялась, проворно оставила свое шитье, подбежала к Андрею, обвила его шею руками, несколько минут поглядела лучистыми глазами прямо ему в глаза, потом задумалась, положив голову на плечо мужа. В ее воспоминании воскресло
кроткое, задумчивое
лицо Обломова, его нежный взгляд, покорность, потом его жалкая, стыдливая улыбка, которою он при разлуке ответил на ее упрек… и ей стало так больно, так жаль его…
Там опять появляется по временам красное, испитое
лицо буйного Тарантьева и нет более
кроткого, безответного Алексеева.
Полежав ничком минут пять, он медленно опять повернулся на спину.
Лицо его сияло
кротким, трогательным чувством: он был счастлив.