Неточные совпадения
Она прожила бы
до старости, не упрекнув ни жизнь, ни друга, ни его непостоянную любовь, и никого ни в
чем, как не упрекает теперь никого и ничто за свою
смерть. И ее болезненная, страдальческая жизнь, и преждевременная
смерть казались ей — так надо.
Но ей
до смерти хотелось, чтоб кто-нибудь был всегда в нее влюблен, чтобы об этом знали и говорили все в городе, в домах, на улице, в церкви, то есть
что кто-нибудь по ней «страдает», плачет, не спит, не ест, пусть бы даже это была неправда.
— Христос с ним —
что вы, матушка, испужали
до смерти! — говорила Мавра, тыча рукой в воздух.
—
Что Савелий
до смерти убил Марину…
—
Чем бы дитя ни тешилось, только бы не плакало, — заметила она и почти верно определила этой пословицей значение писанья Райского. У него уходило время, сила фантазии разрешалась естественным путем, и он не замечал жизни, не знал скуки, никуда и ничего не хотел. — Зачем только ты пишешь все по ночам? — сказала она. —
Смерть — боюсь… Ну, как заснешь над своей драмой? И шутка ли,
до света? ведь ты изведешь себя. Посмотри, ты иногда желт, как переспелый огурец…
Новое учение не давало ничего, кроме того,
что было
до него: ту же жизнь, только с уничижениями, разочарованиями, и впереди обещало —
смерть и тлен. Взявши девизы своих добродетелей из книги старого учения, оно обольстилось буквою их, не вникнув в дух и глубину, и требовало исполнения этой «буквы» с такою злобой и нетерпимостью, против которой остерегало старое учение. Оставив себе одну животную жизнь, «новая сила» не создала, вместо отринутого старого, никакого другого, лучшего идеала жизни.
Неточные совпадения
Я люблю сомневаться во всем: это расположение ума не мешает решительности характера — напротив,
что до меня касается, то я всегда смелее иду вперед, когда не знаю,
что меня ожидает. Ведь хуже
смерти ничего не случится — а
смерти не минуешь!
Казаки всё это видели, только ни один не спустился меня искать: они, верно, думали,
что я убился
до смерти, и я слышал, как они бросились ловить моего коня.
Они рассказали мне все,
что случилось, с примесью разных замечаний насчет странного предопределения, которое спасло его от неминуемой
смерти за полчаса
до смерти.
До его квартиры оставалось только несколько шагов. Он вошел к себе, как приговоренный к
смерти. Ни о
чем не рассуждал и совершенно не мог рассуждать; но всем существом своим вдруг почувствовал,
что нет у него более ни свободы рассудка, ни воли и
что все вдруг решено окончательно.
— Ах, Петр Петрович, вы не поверите,
до какой степени вы меня теперь испугали! — продолжала Пульхерия Александровна. — Я его всего только два раза видела, и он мне показался ужасен, ужасен! Я уверена,
что он был причиною
смерти покойницы Марфы Петровны.