Неточные совпадения
Машутка становилась
в угол, подальше, всегда прячась от барыни
в тени и стараясь притвориться опрятной. Барыня требовала этого, а Машутке как-то неловко было держать себя
в чистоте. Чисто вымытыми
руками она
не так цепко
берет вещь
в руки и, того гляди, уронит; самовар или чашки скользят из
рук;
в чистом платье тоже несвободно ходить.
Она нюхает цветок и, погруженная
в себя, рассеянно ощипывает листья губами и тихо идет,
не сознавая почти, что делает, к роялю, садится боком, небрежно, на табурет и одной
рукой берет задумчивые аккорды и все думает, думает…
Прочими книгами
в старом доме одно время заведовала Вера, то есть
брала, что ей нравилось, читала или
не читала, и ставила опять на свое место. Но все-таки до книг дотрогивалась живая
рука, и они кое-как уцелели, хотя некоторые, постарее и позамасленнее, тронуты были мышами. Вера писала об этом через бабушку к Райскому, и он поручил передать книги на попечение Леонтия.
Кузина твоя увлеклась по-своему,
не покидая гостиной, а граф Милари добивался свести это на большую дорогу — и говорят (это папа разболтал), что между ними бывали живые споры, что он
брал ее за
руку, а она
не отнимала, у ней даже глаза туманились слезой, когда он, недовольный прогулками верхом у кареты и приемом при тетках, настаивал на большей свободе, — звал
в парк вдвоем, являлся
в другие часы, когда тетки спали или бывали
в церкви, и,
не успевая,
не показывал глаз по неделе.
Хомяков спорил до четырех часов утра, начавши в девять; где К. Аксаков с мурмолкой в руке свирепствовал за Москву, на которую никто не нападал, и никогда
не брал в руки бокала шампанского, чтобы не сотворить тайно моление и тост, который все знали; где Редкин выводил логически личного бога, ad majorem gloriam Hegel; [к вящей славе Гегеля (лат.).] где Грановский являлся с своей тихой, но твердой речью; где все помнили Бакунина и Станкевича; где Чаадаев, тщательно одетый, с нежным, как из воску, лицом, сердил оторопевших аристократов и православных славян колкими замечаниями, всегда отлитыми в оригинальную форму и намеренно замороженными; где молодой старик А. И. Тургенев мило сплетничал обо всех знаменитостях Европы, от Шатобриана и Рекамье до Шеллинга и Рахели Варнгаген; где Боткин и Крюков пантеистически наслаждались рассказами М. С. Щепкина и куда, наконец, иногда падал, как Конгривова ракета, Белинский, выжигая кругом все, что попадало.
В прошлом лете я
не брал в руки удочки, и хотя настоящая весна так сильно подействовала на меня новыми и чудными своими явлениями — прилетом птицы и возрождением к жизни всей природы, — что я почти забывал об уженье, но тогда, уже успокоенный от волнений, пресыщенный, так сказать, тревожными впечатлениями, я вспомнил и обратился с новым жаром к страстно любимой мною охоте, и чем ближе подходил я к пруду, тем нетерпеливее хотелось мне закинуть удочку.
Неточные совпадения
Но куклы даже
в эти годы // Татьяна
в руки не брала; // Про вести города, про моды // Беседы с нею
не вела. // И были детские проказы // Ей чужды: страшные рассказы // Зимою
в темноте ночей // Пленяли больше сердце ей. // Когда же няня собирала // Для Ольги на широкий луг // Всех маленьких ее подруг, // Она
в горелки
не играла, // Ей скучен был и звонкий смех, // И шум их ветреных утех.
— Да за что же припекут, коли я
не брала и
в руки четвертки? Уж скорее другой какой бабьей слабостью, а воровством меня еще никто
не попрекал.
— Давненько
не брал я
в руки шашек! — говорил Чичиков, подвигая тоже шашку.
— Давненько
не брал я
в руки шашек! — говорил Чичиков, подвигая шашку.
— Давненько
не брал я
в руки!.. Э, э! это, брат, что? отсади-ка ее назад! — говорил Чичиков.