Неточные совпадения
Райский между тем изучал портрет мужа: там
видел он серые глаза, острый, небольшой нос, иронически сжатые губы и коротко остриженные волосы, рыжеватые бакенбарды. Потом взглянул на ее роскошную фигуру, полную красоты, и
мысленно рисовал того счастливца, который мог бы, по праву сердца, велеть или не велеть этой богине.
Он слышал
мысленно свой визг,
видел болтающиеся ноги и вздрогнул…
Райский начал
мысленно глядеть, куда глядит Васюков, и
видеть, что он
видит. Не стало никого вокруг: ни учеников, ни скамей, ни шкафов. Все это закрылось точно туманом.
Он медленно, машинально шел по улицам,
мысленно разрабатывая свой новый материал. Все фигуры становились отчетливо у него в голове, всех он
видел их там, как живыми.
Даже не поднимаясь на палубу, я мог отлично представить сцену встречи женщин. Для этого не требовалось изучения нравов. Пока я
мысленно видел плохую игру в хорошие манеры, а также ненатурально подчеркнутую галантность, — в отдалении послышалось, как весь отряд бредет вниз. Частые шаги женщин и тяжелая походка мужчин проследовали мимо моей двери, причем на слова, сказанные кем-то вполголоса, раздался взрыв смеха.
Он сначала
мысленно видел себя еще ребенком, белокурым, кудрявым, резвым, шаловливым мальчиком, любимцем-баловнем родителей, грозой слуг и особенно служанок; он видел себя невинным воспитанником природы, играющим на коленях няни, трепещущим при слове: бука — он невольно улыбался, думая о том, как недавно прошли эти годы, и как невероятно они погибли…
Неточные совпадения
«Я должна
видеть Алексея (так она
мысленно называла Вронского), он один может сказать мне, что я должна делать.
Устремив неподвижные взоры в подкладку стеганого одеяла, я
видел ее так же ясно, как час тому назад; я
мысленно разговаривал с нею, и разговор этот, хотя не имел ровно никакого смысла, доставлял мне неописанное наслаждение, потому что ты, тебе, с тобой, твои встречались в нем беспрестанно.
Атвуд взвел, как курок, левую бровь, постоял боком у двери и вышел. Эти десять минут Грэй провел, закрыв руками лицо; он ни к чему не приготовлялся и ничего не рассчитывал, но хотел
мысленно помолчать. Тем временем его ждали уже все, нетерпеливо и с любопытством, полным догадок. Он вышел и
увидел по лицам ожидание невероятных вещей, но так как сам находил совершающееся вполне естественным, то напряжение чужих душ отразилось в нем легкой досадой.
«И это жизнь», —
мысленно воскликнул он, согнувшись, возясь с ногой, выпачкал пальцы и, глядя на них,
увидел раздавленного Диомидова, услышал его крик:
«Дань богу?» —
мысленно перевел Клим, — лицо матери он
видел в профиль, и ему показалось, что ухо ее дрожит.