Егорка делал туалет, умываясь у колодца, в углу двора; он полоскался, сморкался, плевал и уже скалил зубы над Мариной. Яков с крыльца
молился на крест собора, поднимавшийся из-за домов слободки.
Яков с Кузьмой провели утро в слободе, под гостеприимным кровом кабака. Когда они выходили из кабака, то Кузьма принимал чрезвычайно деловое выражение лица, и чем ближе подходил к дому, тем строже и внимательнее смотрел вокруг, нет ли беспорядка какого-нибудь, не валяется ли что-нибудь лишнее, зря, около дома, трогал замок у ворот, цел ли он. А Яков все искал по сторонам глазами, не покажется ли церковный крест вдалеке, чтоб
помолиться на него.
Неточные совпадения
— Сделайте молящуюся фигуру! — сморщившись, говорил Кирилов, так что и нос ушел у него в бороду, и все лицо казалось щеткой. — Долой этот бархат, шелк! поставьте ее
на колени, просто
на камне, набросьте ей
на плечи грубую мантию, сложите руки
на груди… Вот здесь, здесь, — он пальцем чертил около щек, — меньше свету, долой это мясо, смягчите глаза, накройте немного веки… и тогда сами станете
на колени и будете
молиться…
Нет, — горячо и почти грубо напал он
на Райского, — бросьте эти конфекты и подите в монахи, как вы сами удачно выразились, и отдайте искусству все,
молитесь и поститесь, будьте мудры и, вместе, просты, как змеи и голуби, и что бы ни делалось около вас, куда бы ни увлекала жизнь, в какую яму ни падали, помните и исповедуйте одно учение, чувствуйте одно чувство, испытывайте одну страсть — к искусству!
— А Тит Никоныч так и увивается около вас, чуть
на вас не
молится — всегда у ваших ног! Только подайте знак — и он будет счастливейший смертный!
— Начинается-то не с мужиков, — говорил Нил Андреич, косясь
на Райского, — а потом зло, как эпидемия, разольется повсюду. Сначала молодец ко всенощной перестанет ходить: «скучно, дескать», а потом найдет, что по начальству в праздник ездить лишнее; это, говорит, «холопство», а после в неприличной одежде
на службу явится, да еще бороду отрастит (он опять покосился
на Райского) — и дальше, и дальше, — и дай волю, он тебе втихомолку доложит потом, что и Бога-то в небе нет, что и молиться-то некому!..
И постель сделана, все затихло в доме, Татьяна Марковна наконец очнулась от задумчивости, взглянула
на образ, и не стала, как всегда,
на колени перед ним, и не
молилась, а только перекрестилась. Тревога превозмогала молитву. Она села
на постель и опять задумалась.
Долго шептали они, много раз бабушка крестила и целовала Марфеньку, пока наконец та заснула
на ее плече. Бабушка тихо сложила ее голову
на подушку, потом уже встала и
молилась в слезах, призывая благословение
на новое счастье и новую жизнь своей внучки. Но еще жарче
молилась она о Вере. С мыслью о ней она подолгу склоняла седую голову к подножию креста и шептала горячую молитву.
Он чаще прежнего заставал ее у часовни молящеюся. Она не таилась и даже однажды приняла его предложение проводить ее до деревенской церкви
на гору, куда ходила одна, и во время службы и вне службы, долго
молясь и стоя
на коленях неподвижно, задумчиво, с поникшей головой.
Я снова приподнялся. Вошел мужик огромного роста, лет тридцати, здоровый, краснощекий, с русыми волосами и небольшой курчавой бородой. Он
помолился на образ, поклонился главному конторщику, взял свою шляпу в обе руки и выпрямился.
Все уцепились: кто за что мог. Все оцепенело в молчании. Потом раздались слова молитвы: все молились, кто словами, и все, конечно, внутренно, так усердно, как, по пословице, только
молятся на море!
Видите, как я все обдумала, одного только не могу придумать: что подумаете вы обо мне, когда прочтете? Я все смеюсь и шалю, я давеча вас рассердила, но уверяю вас, что сейчас, перед тем как взяла перо, я
помолилась на образ Богородицы, да и теперь молюсь и чуть не плачу.
Я уверен, что подобная черта страдания перед призванием была и на лице девы Орлеанской, и на лице Иоанна Лейденского, — они принадлежали народу, стихийные чувства, или, лучше, предчувствия, заморенные в нас, сильнее в народе. В их вере был фатализм, а фатализм сам по себе бесконечно грустен. «Да свершится воля твоя», — говорит всеми чертами лица Сикстинская мадонна. «Да свершится воля твоя», — говорит ее сын-плебей и спаситель, грустно
молясь на Масличной горе.
Неточные совпадения
Сердце мое облилось кровью; пополз я по густой траве вдоль по оврагу, — смотрю: лес кончился, несколько казаков выезжает из него
на поляну, и вот выскакивает прямо к ним мой Карагёз: все кинулись за ним с криком; долго, долго они за ним гонялись, особенно один раза два чуть-чуть не накинул ему
на шею аркана; я задрожал, опустил глаза и начал
молиться.
Катерина Ивановна закусывала губы и сдерживала слезы; она тоже
молилась, изредка оправляя рубашечку
на ребенке и успев набросить
на слишком обнаженные плечи девочки косынку, которую достала с комода, не вставая с колен и
молясь.
— Да, да, лучше, лучше, — подхватила она с увлечением, — как пойдешь
на страдание, тогда и наденешь. Придешь ко мне, я надену
на тебя,
помолимся и пойдем.
На второй неделе великого поста пришла ему очередь говеть вместе с своей казармой. Он ходил в церковь
молиться вместе с другими. Из-за чего, он и сам не знал того, — произошла однажды ссора; все разом напали
на него с остервенением.
— Нет, а вы станьте
на колени и
помолитесь за меня богу. Ваша молитва, может, и дойдет.