Неточные совпадения
— Бабушка! — с радостью воскликнул Райский. — Боже мой! она зовет меня: еду, еду! Ведь там тишина, здоровый воздух, здоровая пища, ласки доброй, нежной, умной женщины; и еще две
сестры, два новых, неизвестных мне и в то же время близких
лица… «барышни в провинции! Немного страшно: может быть, уроды!» — успел он подумать, поморщась… — Однако еду: это судьба посылает меня… А если там скука?
Вера была бледна,
лицо у ней как камень; ничего не прочтешь на нем. Жизнь точно замерзла, хотя она и говорит с Марьей Егоровной обо всем, и с Марфенькой и с Викентьевым. Она заботливо спросила у
сестры, запаслась ли она теплой обувью, советовала надеть плотное шерстяное платье, предложила свой плед и просила, при переправе чрез Волгу, сидеть в карете, чтоб не продуло.
— Что ж, это ясно было, — сказал он, подумав, — конец, значит! — прибавил он с какою-то странною усмешкой, лукаво заглядывая в
лицо сестры и всё еще продолжая ходить взад и вперед по комнате, но уже гораздо потише.
Николай торопливо снял очки, снова надел их и пристально взглянул в
лицо сестры. Смущенное молчание встревожило Власову, она виновато поднялась со стула, желая что-то сказать им, но Софья дотронулась до ее руки и тихонько попросила:
Та тотчас погладила рукой горло и уставилась круглыми глазами в
лицо сестры. Саша встала на ноги, оперлась рукой о стол и, подняв голову, сильным, почти мужским голосом певуче заговорила:
— А моя сестра уж, верно, морщится, что мы дружимся, — проговорила Дора и, взглянув в
лицо сестры, добавила, — так и есть, вот удивительная женщина, никогда она, кажется, не будет верить, что я знаю, что делаю.
Неточные совпадения
Впрочем, и это бледное и угрюмое
лицо озарилось на мгновение как бы светом, когда вошли мать и
сестра, но это прибавило только к выражению его, вместо прежней тоскливой рассеянности, как бы более сосредоточенной муки.
Вчера вечером, при матери и
сестре, и в его присутствии, я восстановил истину, доказав, что передал деньги Катерине Ивановне на похороны, а не Софье Семеновне, и что с Софьей Семеновной третьего дня я еще и знаком даже не был и даже в
лицо еще ее не видал.
Лицо матери осветилось восторгом и счастьем при виде этого окончательного и бессловного примирения брата с
сестрой.
— А ты не думаешь,
сестра, что я просто струсил воды? — спросил он с безобразною усмешкой, заглядывая в ее
лицо.
— Вот-с копию извольте получить, а контракт принадлежит
сестре, — мягко отозвался Иван Матвеевич, взяв контракт в руку. — Сверх того за огород и продовольствие из оного капустой, репой и прочими овощами, считая на одно
лицо, — читал Иван Матвеевич, — примерно двести пятьдесят рублей…