Неточные совпадения
Теперь он состоял при
одном из них по особым поручениям. По утрам являлся к нему в
кабинет, потом к жене его в гостиную и действительно исполнял некоторые ее поручения, а по вечерам в положенные дни непременно составлял партию, с кем попросят. У него был довольно крупный чин и оклад — и никакого дела.
Обращаясь от двора к дому, Райский в сотый раз усмотрел там, в маленькой горенке, рядом с бабушкиным
кабинетом, неизменную картину: молчаливая, вечно шепчущая про себя Василиса, со впалыми глазами, сидела у окна, век свой на
одном месте, на
одном стуле, с высокой спинкой и кожаным, глубоко продавленным сиденьем, глядя на дрова да на копавшихся в куче сора кур.
Райский ходил по
кабинету. Оба молчали, сознавая каждый про себя затруднительное положение дела. Общество заметило только внешне признаки какой-то драмы в
одном углу. Отчуждение Веры, постоянное поклонение Тушина, независимость ее от авторитета бабушки — оно знало все это и привыкло.
Увы! он сидел у себя в
кабинете один, всеми оставленный (ибо прочие либералы тоже сидели, каждый в своем углу, в ожидании возмездия), и тревожно прислушивался, как бы выжидая: вот-вот звякнет в передней колокольчик.
Неточные совпадения
Татьяна с ключницей простилась // За воротами. Через день // Уж утром рано вновь явилась // Она в оставленную сень, // И в молчаливом
кабинете, // Забыв на время всё на свете, // Осталась наконец
одна, // И долго плакала она. // Потом за книги принялася. // Сперва ей было не до них, // Но показался выбор их // Ей странен. Чтенью предалася // Татьяна жадною душой; // И ей открылся мир иной.
Конечно, можно запрятаться к себе в
кабинет и не дать ни
одного бала, да ведь этим что ж?
Ноздрев повел их в свой
кабинет, в котором, впрочем, не было заметно следов того, что бывает в
кабинетах, то есть книг или бумаги; висели только сабли и два ружья —
одно в триста, а другое в восемьсот рублей.
Когда он был дома — а он был почти всегда дома, — он все лежал, и все постоянно в
одной комнате, где мы его нашли, служившей ему спальней,
кабинетом и приемной.
— Чего вам? — сказал он, придерживаясь
одной рукой за дверь
кабинета и глядя на Обломова, в знак неблаговоления, до того стороной, что ему приходилось видеть барина вполглаза, а барину видна была только
одна необъятная бакенбарда, из которой так и ждешь, что вылетят две-три птицы.