Неточные совпадения
Захар заглянул в щель —
что ж? Илья Ильич лежал себе
на диване,
опершись головой
на ладонь; перед ним лежала книга. Захар отворил дверь.
Штольц сел подле Ольги, которая сидела одна, под лампой, поодаль от чайного стола,
опершись спиной
на кресло, и мало занималась тем,
что вокруг нее происходило.
Надо бы взять костяной ножик, да его нет; можно, конечно, спросить и столовый, но Обломов предпочел положить книгу
на свое место и направиться к дивану; только
что он
оперся рукой в шитую подушку, чтоб половчей приладиться лечь, как Захар вошел в комнату.
Он побежал отыскивать Ольгу. Дома сказали,
что она ушла; он в деревню — нет. Видит, вдали она, как ангел восходит
на небеса, идет
на гору, так легко
опирается ногой, так колеблется ее стан.
Неточные совпадения
Стремит Онегин? Вы заране // Уж угадали; точно так: // Примчался к ней, к своей Татьяне, // Мой неисправленный чудак. // Идет,
на мертвеца похожий. // Нет ни одной души в прихожей. // Он в залу; дальше: никого. // Дверь отворил он.
Что ж его // С такою силой поражает? // Княгиня перед ним, одна, // Сидит, не убрана, бледна, // Письмо какое-то читает // И тихо слезы льет рекой, //
Опершись на руку щекой.
Опершись на плотину, Ленский // Давно нетерпеливо ждал; // Меж тем, механик деревенский, // Зарецкий жернов осуждал. // Идет Онегин с извиненьем. // «Но где же, — молвил с изумленьем // Зарецкий, — где ваш секундант?» // В дуэлях классик и педант, // Любил методу он из чувства, // И человека растянуть // Он позволял — не как-нибудь, // Но в строгих правилах искусства, // По всем преданьям старины // (
Что похвалить мы в нем должны).
Как
на досадную разлуку, // Татьяна ропщет
на ручей; // Не видит никого, кто руку // С той стороны подал бы ей; // Но вдруг сугроб зашевелился, // И кто ж из-под него явился? // Большой, взъерошенный медведь; // Татьяна ах! а он реветь, // И лапу с острыми когтями // Ей протянул; она скрепясь // Дрожащей ручкой
оперлась // И боязливыми шагами // Перебралась через ручей; // Пошла — и
что ж? медведь за ней!
Раскольникову давно уже хотелось уйти; помочь же ему он и сам думал. Мармеладов оказался гораздо слабее ногами,
чем в речах, и крепко
оперся на молодого человека. Идти было шагов двести — триста. Смущение и страх все более и более овладевали пьяницей по мере приближения к дому.
— И я уверен в себе, когда вы
опираетесь на меня, — сказал он, но тотчас же испугался того,
что̀ сказал, и покраснел. И действительно, как только он произнес эти слова, вдруг, как солнце зашло за тучи, лицо ее утратило всю свою ласковость, и Левин узнал знакомую игру ее лица, означавшую усилие мысли:
на гладком лбу ее вспухла морщинка.