Неточные совпадения
— Извергнуть из гражданской среды! — вдруг заговорил вдохновенно Обломов, встав перед Пенкиным. — Это значит забыть,
что в этом негодном сосуде присутствовало высшее
начало;
что он испорченный человек, но все человек же,
то есть вы сами. Извергнуть! А как вы извергнете из круга человечества, из лона природы, из милосердия Божия? — почти крикнул он
с пылающими глазами.
—
Что ж, Илья Ильич, —
начал Захар
с самой низкой ноты своего диапазона, — я ничего не сказал, окроме
того,
что, мол…
И
с самим человеком творилось столько непонятного: живет-живет человек долго и хорошо — ничего, да вдруг заговорит такое непутное, или учнет кричать не своим голосом, или бродить сонный по ночам; другого, ни
с того ни
с сего,
начнет коробить и бить оземь. А перед
тем как сделаться этому, только
что курица прокричала петухом да ворон прокаркал над крышей.
Другой, Мишель, только лишь познакомился
с Андрюшей, как поставил его в позицию и
начал выделывать удивительные штуки кулаками, попадая ими Андрюше
то в нос,
то в брюхо, потом сказал,
что это английская драка.
Какой первый шаг сделать к
тому?
С чего начать? Не знаю, не могу… нет… лукавлю, знаю и… Да и Штольц тут, под боком; он сейчас скажет.
— Почему? — повторила она и быстро обернулась к нему
с веселым лицом, наслаждаясь
тем,
что на каждом шагу умеет ставить его в тупик. — А потому, —
с расстановкой
начала потом, —
что вы не спали ночь, писали все для меня; я тоже эгоистка! Это, во-первых…
— Нет, нет, все не
то! — говорил он
с тоской. — Вот видишь ли
что… — нерешительно
начал он, — мы видимся
с тобой… тихонько…
— Ты бываешь каждый день у нас: очень натурально,
что люди толкуют об этом, — прибавила она, — они первые
начинают говорить.
С Сонечкой было
то же:
что же это так пугает тебя?
Еще на год отодвинулось счастье! Обломов застонал болезненно и повалился было на постель, но вдруг опомнился и встал. А
что говорила Ольга? Как взывала к нему, как к мужчине, доверилась его силам? Она ждет, как он пойдет вперед и дойдет до
той высоты, где протянет ей руку и поведет за собой, покажет ее путь! Да, да! Но
с чего начать?
Поверенный распорядился и насчет постройки дома: определив, вместе
с губернским архитектором, количество нужных материалов, он оставил старосте приказ
с открытием весны возить лес и велел построить сарай для кирпича, так
что Обломову оставалось только приехать весной и, благословясь,
начать стройку при себе. К
тому времени предполагалось собрать оброк и, кроме
того, было в виду заложить деревню, следовательно, расходы было из
чего покрыть.
А если до сих пор эти законы исследованы мало, так это потому,
что человеку, пораженному любовью, не до
того, чтоб ученым оком следить, как вкрадывается в душу впечатление, как оковывает будто сном чувства, как сначала ослепнут глаза,
с какого момента пульс, а за ним сердце
начинает биться сильнее, как является со вчерашнего дня вдруг преданность до могилы, стремление жертвовать собою, как мало-помалу исчезает свое я и переходит в него или в нее, как ум необыкновенно тупеет или необыкновенно изощряется, как воля отдается в волю другого, как клонится голова, дрожат колени, являются слезы, горячка…
Потом, когда он получил деньги из деревни, братец пришли к нему и объявили,
что ему, Илье Ильичу, легче будет
начать уплату немедленно из дохода;
что года в три претензия будет покрыта, между
тем как
с наступлением срока, когда документ будет подан ко взысканию, деревня должна будет поступить в публичную продажу, так как суммы в наличности у Обломова не имеется и не предвидится.
—
Что ж я тебе скажу? — задумчиво говорил он. — Может быть, в тебе проговаривается еще нервическое расстройство: тогда доктор, а не я, решит,
что с тобой. Надо завтра послать… Если же не
то… —
начал он и задумался.
Неточные совпадения
Вдруг получил он в самом деле // От управителя доклад, //
Что дядя при смерти в постеле // И
с ним проститься был бы рад. // Прочтя печальное посланье, // Евгений тотчас на свиданье // Стремглав по почте поскакал // И уж заранее зевал, // Приготовляясь, денег ради, // На вздохи, скуку и обман // (И
тем я
начал мой роман); // Но, прилетев в деревню дяди, // Его нашел уж на столе, // Как дань, готовую земле.
В продолжение немногих минут они вероятно бы разговорились и хорошо познакомились между собою, потому
что уже
начало было сделано, и оба почти в одно и
то же время изъявили удовольствие,
что пыль по дороге была совершенно прибита вчерашним дождем и теперь ехать и прохладно и приятно, как вошел чернявый его товарищ, сбросив
с головы на стол картуз свой, молодцевато взъерошив рукой свои черные густые волосы.
Он думал о благополучии дружеской жизни, о
том, как бы хорошо было жить
с другом на берегу какой-нибудь реки, потом чрез эту реку
начал строиться у него мост, потом огромнейший дом
с таким высоким бельведером, [Бельведер — буквально: прекрасный вид; здесь: башня на здании.]
что можно оттуда видеть даже Москву и там пить вечером чай на открытом воздухе и рассуждать о каких-нибудь приятных предметах.
— Как же так вдруг решился?.. —
начал было говорить Василий, озадаченный не на шутку таким решеньем, и чуть было не прибавил: «И еще замыслил ехать
с человеком, которого видишь в первый раз, который, может быть, и дрянь, и черт знает
что!» И, полный недоверия, стал он рассматривать искоса Чичикова и увидел,
что он держался необыкновенно прилично, сохраняя все
то же приятное наклоненье головы несколько набок и почтительно-приветное выражение в лице, так
что никак нельзя было узнать, какого роду был Чичиков.
Странное дело! оттого ли,
что честолюбие уже так сильно было в них возбуждено; оттого ли,
что в самых глазах необыкновенного наставника было что-то говорящее юноше: вперед! — это слово, производящее такие чудеса над русским человеком, —
то ли, другое ли, но юноша
с самого
начала искал только трудностей, алча действовать только там, где трудно, где нужно было показать бóльшую силу души.