Неточные совпадения
— Что это сегодня за раут у меня? — сказал Обломов и
ждал,
кто войдет.
Мне с самого начала следовало бы строго сказать вам: «Вы ошиблись, перед вами не тот,
кого вы
ждали, о
ком мечтали.
Вы ошиблись (читал Штольц, ударяя на этом слове); пред вами не тот,
кого вы
ждали, о
ком мечтали.
— Вот тут написано, — решил он, взяв опять письмо: — «Пред вами не тот,
кого вы
ждали, о
ком мечтали: он придет, и вы очнетесь…» И полюбите, прибавлю я, так полюбите, что мало будет не года, а целой жизни для той любви, только не знаю…
кого? — досказал он, впиваясь в нее глазами.
— Ты не видишься с людьми, я и забыл: пойдем, я все расскажу тебе… Знаешь,
кто здесь у ворот, в карете,
ждет меня… Я позову сюда!
Таисья посмотрела какими-то удивленными глазами на Кирилла и ничего не ответила. Она еще с вечера все прислушивалась к чему-то и тревожно поглядывала под гору, на дорогу из Самосадки, точно
поджидала кого. Во время чтения Аглаиды она первая услышала топот лошадиных копыт.
Неточные совпадения
Заманчиво мелькали мне издали сквозь древесную зелень красная крыша и белые трубы помещичьего дома, и я
ждал нетерпеливо, пока разойдутся на обе стороны заступавшие его сады и он покажется весь с своею, тогда, увы! вовсе не пошлою, наружностью; и по нем старался я угадать,
кто таков сам помещик, толст ли он, и сыновья ли у него, или целых шестеро дочерей с звонким девическим смехом, играми и вечною красавицей меньшею сестрицей, и черноглазы ли они, и весельчак ли он сам или хмурен, как сентябрь в последних числах, глядит в календарь да говорит про скучную для юности рожь и пшеницу.
А нам земля осталася… // Ой ты, земля помещичья! // Ты нам не мать, а мачеха // Теперь… «А
кто велел? — // Кричат писаки праздные, — // Так вымогать, насиловать // Кормилицу свою!» // А я скажу: — А
кто же
ждал? — // Ох! эти проповедники! // Кричат: «Довольно барствовать! // Проснись, помещик заспанный! // Вставай! — учись! трудись!..»
Девочки выбежали, и мы отправились на верх. Не без спору решив,
кому первому войти в темный чулан, мы уселись и стали
ждать.
И у кондитера, и у Фомина, и у Фульда он видел, что его
ждали, что ему рады и торжествуют его счастье так же, как и все, с
кем он имел дело в эти дни.
Как бы пробудившись от сна, Левин долго не мог опомниться. Он оглядывал сытую лошадь, взмылившуюся между ляжками и на шее, где терлись поводки, оглядывал Ивана кучера, сидевшего подле него, и вспоминал о том, что он
ждал брата, что жена, вероятно, беспокоится его долгим отсутствием, и старался догадаться,
кто был гость, приехавший с братом. И брат, и жена, и неизвестный гость представлялись ему теперь иначе, чем прежде. Ему казалось, что теперь его отношения со всеми людьми уже будут другие.