А на кухне в это время так и кипит; повар в белом, как снег,
фартуке и колпаке суетится; поставит одну кастрюлю, снимет другую, там помешает, тут начнет валять тесто, там выплеснет воду… ножи так и стучат… крошат зелень… там вертят мороженое…
Последний, если хотел, стирал пыль, а если не хотел, так Анисья влетит, как вихрь, и отчасти
фартуком, отчасти голой рукой, почти носом, разом все сдует, смахнет, сдернет, уберет и исчезнет; не то так сама хозяйка, когда Обломов выйдет в сад, заглянет к нему в комнату, найдет беспорядок, покачает головой и, ворча что-то про себя, взобьет подушки горой, тут же посмотрит наволочки, опять шепнет себе, что надо переменить, и сдернет их, оботрет окна, заглянет за спинку дивана и уйдет.
Но только пришли в самую последнюю комнату, а тут стоят их рабочие в тужурных жилетках и в
фартуках и держат поднос, на котором ничего нет.
За прилавком, на котором водружена бочка с гномом и надписью «Кружка-бокал», — двое совершенно похожих друг на друга: оба с коками и проборами, в зеленых
фартуках; только у хозяина усы вниз, а у брата его, полового, усы вверх.
И ей ли, под солнечным зноем рожденной
И в
фартуке с поля домой принесенной,
Бояться смиренной лошадки своей?..
Наступило молчание. Полная женщина уставилась бессмысленно на Ивана Иваныча, как бы не веря или не понимая, потом вся вспыхнула и всплеснула руками; из
фартука ее посыпался овес, из глаз брызнули слезы.