по произведению ««Мильон терзаний» (критический этюд)» (Гончаров И. А., 1871) искать по всей классике
Область поиска
««Мильон терзаний» (критический этюд)» (Гончаров И. А., 1871) по всей классике
решает он, — чтоб «разгадать загадку», а собственно, чтоб удержать Софью, когда она рванулась прочь при новой стреле, пущенной в Молчалина. Это не притворство, а уступка, которой он хочет выпросить то, чего нельзя выпросить, — любви, когда ее нет. В его речи уже слышится молящий тон, нежные упреки, жалобы...
Оставя политические заблуждения Герцена, где он вышел из роли нормального героя, из роли Чацкого, этого с головы до ног русского человека, — вспомним его стрелы, бросаемые в разные темные, отдаленные углы России, где они находили виноватого. В его сарказмах слышится эхо грибоедовского смеха и бесконечное развитие острот Чацкого.
Крестьяне заимствовали у кельтов длинные луки, стрелявшие на 450 м, причём хорошо закалённые наконечники стрел пробивали примитивные колеты из кожи и даже кольчуги.
СТРЕЛА́, -ы́, мн.стре́лы, ж.1. Тонкий стержень с заостренным концом или с острым наконечником, употребляемый для стрельбы из лука. Колчан со стрелами. (Малый академический словарь, МАС)
Да, правда, шея длинная — приманка для петли, А грудь — мишень для стрел, — но не спешите: Ушедшие не датами бессмертье обрели — Так что живых не слишком торопите!
Всякий набор пустых, гремучих слов, скропанный по школьным одним правилам, или нанизанность надутых неодушевленных подобий, всякий говорю, длинный рассказ. Холодное поучение, газетныя подробности, неточная оболочка речениями мыслей, принужденное бесстрастное восклицание, нагромождённая высокость, или тяжело ползущее парение, никому непонятное глубокомыслие, или лучше сказать, бессмыслица и слух раздирающая музыка, стыдят и унижают лиру. Звуки ея тогда как стрелы тупыя от стен отскакивают и как стук в свинцовый тимпан до сердца не доходят.
Однако не пали русские на колени. Подняли луки. Тетиву натянули. Полетели стрелы навстречу врагам.
Крестьяне заимствовали у кельтов длинные луки, стрелявшие на 450 м, причём хорошо закалённые наконечники стрел пробивали примитивные колеты из кожи и даже кольчуги.
– Оборонись! – крикнул тысяцкий и гребцы левого борта, не переставая грести, подняли щиты. Три стрелы упали в воду, не долетев.