Неточные совпадения
На полках
по углам стояли кувшины, бутыли и фляжки зеленого и синего стекла, резные серебряные кубки, позолоченные чарки всякой работы: венецейской, турецкой, черкесской, зашедшие в светлицу Бульбы всякими путями, через третьи и четвертые руки, что было весьма обыкновенно в те удалые
времена.
Кроме рейстровых козаков, [Рейстровые козаки — казаки, занесенные поляками в списки (реестры) регулярных войск.] считавших обязанностью являться во
время войны, можно было во всякое
время, в случае большой потребности, набрать целые толпы охочекомонных: [Охочекомонные козаки — конные добровольцы.] стоило только есаулам пройти
по рынкам и площадям всех сел и местечек и прокричать во весь голос, ставши на телегу: «Эй вы, пивники, броварники!
Они были отданы
по двенадцатому году в Киевскую академию, потому что все почетные сановники тогдашнего
времени считали необходимостью дать воспитание своим детям, хотя это делалось с тем, чтобы после совершенно позабыть его.
Все подымалось и разбегалось,
по обычаю этого нестройного, беспечного века, когда не воздвигали ни крепостей, ни замков, а как попало становил на
время соломенное жилище свое человек.
В комнате горели две свечи; лампада теплилась перед образом; под ним стоял высокий столик,
по обычаю католическому, со ступеньками для преклонения коленей во
время молитвы.
— Много между нами есть старших и советом умнейших, но коли меня почтили, то мой совет: не терять, товарищи,
времени и гнаться за татарином. Ибо вы сами знаете, что за человек татарин. Он не станет с награбленным добром ожидать нашего прихода, а мигом размытарит его, так что и следов не найдешь. Так мой совет: идти. Мы здесь уже погуляли. Ляхи знают, что такое козаки; за веру, сколько было
по силам, отмстили; корысти же с голодного города не много. Итак, мой совет — идти.
Тарас видел, как смутны стали козацкие ряды и как уныние, неприличное храброму, стало тихо обнимать козацкие головы, но молчал: он хотел дать
время всему, чтобы пообыклись они и к унынью, наведенному прощаньем с товарищами, а между тем в тишине готовился разом и вдруг разбудить их всех, гикнувши по-казацки, чтобы вновь и с большею силой, чем прежде, воротилась бодрость каждому в душу, на что способна одна только славянская порода — широкая, могучая порода перед другими, что море перед мелководными реками.
Итак, выпьем, товарищи, разом выпьем поперед всего за святую православную веру: чтобы пришло наконец такое
время, чтобы
по всему свету разошлась и везде была бы одна святая вера, и все, сколько ни есть бусурменов, все бы сделались христианами!
Но никто не хотел слушать. К счастию, в это
время подошел какой-то толстяк, который
по всем приметам казался начальником, потому что ругался сильнее всех.
«Пятнадцать минут туда, пятнадцать назад. Он едет уже, он приедет сейчас. — Она вынула часы и посмотрела на них. — Но как он мог уехать, оставив меня в таком положении? Как он может жить, не примирившись со мною?» Она подошла к окну и стала смотреть на улицу.
По времени он уже мог вернуться. Но расчет мог быть неверен, и она вновь стала вспоминать, когда он уехал, и считать минуты.
Лошади были уже заложены; колокольчик
по временам звенел под дугою, и лакей уже два раза подходил к Печорину с докладом, что все готово, а Максим Максимыч еще не являлся. К счастию, Печорин был погружен в задумчивость, глядя на синие зубцы Кавказа, и, кажется, вовсе не торопился в дорогу. Я подошел к нему.
Неточные совпадения
Аммос Федорович. С восемьсот шестнадцатого был избран на трехлетие
по воле дворянства и продолжал должность до сего
времени.
К нам земская полиция // Не попадала
по́ году, — // Вот были
времена!
Г-жа Простакова. Успеем, братец. Если ей это сказать прежде
времени, то она может еще подумать, что мы ей докладываемся. Хотя
по муже, однако, я ей свойственница; а я люблю, чтоб и чужие меня слушали.
Стародум. В тогдашнем веке придворные были воины, да воины не были придворные. Воспитание дано мне было отцом моим
по тому веку наилучшее. В то
время к научению мало было способов, да и не умели еще чужим умом набивать пустую голову.
По мере удаления от центра роты пересекаются бульварами, которые в двух местах опоясывают город и в то же
время представляют защиту от внешних врагов.