Всё было тихо: изредка долетало до слуха отдаленное дребезжанье дрожек извозчика, который где-нибудь в невидном переулке спал, убаюкиваемый своею ленивою клячею, поджидая запоздалого седока.
Там честный, трезвый человек делался пьяницей; там купеческий приказчик обворовал своего хозяина; там извозчик, возивший несколько лет честно, за грош зарезал седока.
Люблю я в глубоких могилах Покойников в иней рядить, И кровь вымораживать в жилах, И мозг в голове леденить. На горе недоброму вору, На страх седоку и коню Люблю я в вечернюю пору Затеять в лесу трескотню.
Оттуда по невидимой за посевами дороге выехала телега с двумя седоками, и резвый гнедой жеребёнок то забегал вперёд, то отставал, с игривой радостью догоняя телегу.
Завыла так, что лошади шарахнулись в сторону, чуть не сбросив седоков.
Оттуда по невидимой за посевами дороге выехала телега с двумя седоками, и резвый гнедой жеребёнок то забегал вперёд, то отставал, с игривой радостью догоняя телегу.
Словно лошадь, почувствовавшая свободу и пытающаяся скинуть седока, она неслась, не разбирая дороги, не подчиняясь хозяину…