Неточные совпадения
Чичиков, будучи человек весьма щекотливый и даже в некоторых случаях привередливый, потянувши к себе воздух на свежий нос поутру, только помарщивался да встряхивал головою, приговаривая: «Ты,
брат, черт тебя
знает, потеешь, что ли.
Ну,
брат, если б ты
знал, как я продулся!
Нужно тебе
знать, что он мошенник и в его лавке ничего нельзя брать: в вино мешает всякую дрянь: сандал, жженую пробку и даже бузиной, подлец, затирает; но зато уж если вытащит из дальней комнатки, которая называется у него особенной, какую-нибудь бутылочку — ну просто,
брат, находишься в эмпиреях.
Ах,
брат, вот позабыл тебе сказать:
знаю, что ты теперь не отстанешь, но за десять тысяч не отдам, наперед говорю.
Да смотри ты, ты не входи,
брат, в кладовую, не то я тебя,
знаешь! березовым-то веником, чтобы для вкуса-то!
— Уж ты,
брат, ты, ты… я не отойду от тебя, пока не
узнаю, зачем ты покупал мертвые души.
— Я,
брат, это
знаю без тебя, да у тебя речей разве нет других, что ли?
«Кто бы такой был этот Чичиков? — думал
брат Василий. —
Брат Платон на знакомства неразборчив и, верно, не
узнал, что он за человек». И оглянул он Чичикова, насколько позволяло приличие, и увидел, что он стоял, несколько наклонивши голову и сохранив приятное выраженье в лице.
—
Знаешь ли, Василий, что я придумал? — сказал
брат Платон.
Левин
знал брата и ход его мыслей; он знал, что неверие его произошло не потому, что ему легче было жить без веры, но потому, что шаг за шагом современно-научные объяснения явлений мира вытеснили верования, и потому он знал, что теперешнее возвращение его не было законное, совершившееся путем той же мысли, но было только временное, корыстное, с безумною надеждой исцеления.
Неточные совпадения
— Слава Богу! — сказал Максим Максимыч, подошедший к окну в это время. — Экая чудная коляска! — прибавил он, — верно какой-нибудь чиновник едет на следствие в Тифлис. Видно, не
знает наших горок! Нет, шутишь, любезный: они не свой
брат, растрясут хоть англинскую!
— Да,
брат, Бог
знает когда мы отсюда уедем!
— Вот ваше письмо, — начала она, положив его на стол. — Разве возможно то, что вы пишете? Вы намекаете на преступление, совершенное будто бы
братом. Вы слишком ясно намекаете, вы не смеете теперь отговариваться.
Знайте же, что я еще до вас слышала об этой глупой сказке и не верю ей ни в одном слове. Это гнусное и смешное подозрение. Я
знаю историю и как и отчего она выдумалась. У вас не может быть никаких доказательств. Вы обещали доказать: говорите же! Но заранее
знайте, что я вам не верю! Не верю!..
— То есть не то чтобы… видишь, в последнее время, вот как ты заболел, мне часто и много приходилось об тебе поминать… Ну, он слушал… и как
узнал, что ты по юридическому и кончить курса не можешь, по обстоятельствам, то сказал: «Как жаль!» Я и заключил… то есть все это вместе, не одно ведь это; вчера Заметов… Видишь, Родя, я тебе что-то вчера болтал в пьяном виде, как домой-то шли… так я,
брат, боюсь, чтоб ты не преувеличил, видишь…
Я тогда Заметова немного поколотил, — это между нами,
брат; пожалуйста, и намека не подавай, что
знаешь; я заметил, что он щекотлив; у Лавизы было, — но сегодня, сегодня все стало ясно.